Наследие Сири

— Кипятите много воды, а ты иди к таарам, и как хочешь, но принеси мне крепкий алкоголь, — ммм, Боже, как объяснить, что мне нужен тот ингридиент, который они добавляют в горячий напиток, — скажи, что срочно нужно то, что они добавляют в горячий чай, но это не ола, а крепче, оно обжигает горло, и на голову опускается туман, беги!

Я разрезала его куртку и рубаху в месте, где расползалось пятно. Но живот оказался цел, слава местным богам. Я ни черта не шарю в медицине, и даже не вспомню сейчас где печень, а где почки.

Левый бок был в крови, но радовало, что рана не полостная. Я расстегнула ремень, и ножом разрезала брючину и пояс штанов. Верхняя часть бедра рядом с тазом была пропорота, хорошо, что ближе к боку. Моих знаний было достаточно, чтобы понять, что никаких органов там нет. Чиркнули по кости, развалило мышцу, а выглядит так, как будто сейчас вывалятся кишки. Он потерял много крови, но он жив. Рана грязная, но это решаемо.

Прямо перед сараем развели огромный костер, над ним мужчины навесили два котла, разогнали толпу.

Из харчевни принесли небольшой котел с кипятком. Я в свих тюках нашла ткани, которые выполняли роль полотенец, и ножом разрезала их на широкие ленты.

Драс забежал в сарай с кружкой, и присел ко мне. Я взяла кружку, и чуть отпила — язык и нёбо обжег то ли виски, то ли очень хороший самогон. Драс смотрел на меня выжидающе.

— Да, ты молодец, это оно! Убери отсюда всех, прошу, и вернись ко мне один. — я посмотрела на него с благодарностью.

Тряпкой, намоченной в кипятке, протерла кожу вокруг раны, из кружки аккуратно наливала на отрезки чистой тряпки, и промачивала рану.

Драс аккуратно раздвигал ее, как я просила, видно было, что он боялся — эта рана была для него страшнее первого волка.

Я осмелела, и полила в рану из кружки. Бор протяжно заныл. Хороший знак. Надо-бы, по-хорошему, зашить.

— Драс, найди у меня мешок с коробкой в углу. Неси коробку. — хорошо, что в сложных ситуациях голова была холодной, и эмоции не захлестывали. Страх просто атрофировался.

Выбрала большую иголку, обожгла над огнем, вдела шелковую нить, и окунула в кружку с самогоном.

Руки не тряслись — спасибо алкоголю.

— Сейчас будет не очень приятно, Бор, прошу, потерпи, — поднесла к губам кружку с самогоном, — сделай глоток, — Драс поднял его голову, и я щедро наклонила кружку, — глотай!

— Драс, говори с ним монотонно и о хорошем, добром, вечном, о любви и лошадях, о чем хочешь. Сейчас он немного захмелеет, и я начну. Бор, слушай его голос, и не дергайся.