Наследие Сири

— Сири, не делай из меня дурака! Ты делаешь одежду, которая не пропускает холод, ты делаешь трубы и дома, в которых тепло, ты видишь опасность там, где ее не замечают мужчины. Ты сама собрала людей для твоей работы, распределила ее, подключила всех, кого возможно. Даже Бор теперь верит всему, что ты говоришь. Ты видишь, что людям необходимо новое место для жизни, ты ищешь безопасности, а у тебя ведь даже нет ребенка, ты не должна иметь столько страхов.

— Ты, мне помнится, утверждал, что я трусиха, каких земли не видывали, а сейчас удивляешься — откуда у меня страхи.

— Это не те страхи, это не женские страхи. Ты видишь вещи, которые меньше семечка, и заранее знаешь, какая крона будет у дерева из этого семечка, и что его может погубить. — Он чертовски витиевато начал говорить, интересно, он был таким, или только сейчас начал применять в беседе метафоры?

— Веди меня, Драс, в эту чудо-лавку, где есть чудо-лекарство для моей чудо-головы, — я очень хотела, чтобы сейчас рядом со мной был хоть один человек из моей прошлой жизни, чтобы поговорить на простом языке о простых вещах.

— Держись за меня, уже темно. Вон там, видишь, с виду это харчевня, где можно поесть, и выпить, но кроме этого, у них есть много интересного."

"Мы подошли к каменному домику в два этажа. В слишком большие для этого мира, остекленные окна я увидела свой старый мир. Я стояла с кружкой в руках, в шапочке на коротко и криво стриженной голове, в платье, которое уродовало больше, чем грело, душегрейке из овечьей шкуры, и в огромных, тяжелых валенках.

А там, за окном, стояли красивые деревянные столы, стулья с кованными спинками, на стенах висели фонарики со свечами, там была музыка, и еще, там были другие люди.

Нет, ни оттенок кожи, ни одежда делали их иными, а жесты, наклоны головы, жестикуляция во время разговора. Между столами ходили три официанта, обслуживающие три столика. За одним сидели три мужчины, за вторым двое мужчин и две женщины, а за третьим сидели люди, чьи лица мне уже были знакомы.

Эта пара с шелкового корабля. Мужчина в черном, и женщина, чей танец так поразил толпу, только сегодня косички на ее голове отсутствовали, и волосы были сложены в сложную прическу, где явно не обошлось без щипцов. На них были великолепные брючные костюмы из парчи, разного цвета и фасона, но в этом мире это было верхом элегантности.