Наследие Сири

Значит, Драс выложил ему все о нашем разговоре. Интересно, как он ему это представил? Мол, твоя сумасшедшая родственница несет бред, ты бы ее успокоил, или иначе?

— Да, она может и права, Бор, только мы сейчас ничего не можем поделать. Наше оружие — молоты, пики и ножи, некоторые могут пользоваться длинными ножами, которые куют кузнецы, но они тяжелые. У нас мало лошадей для армии, у нас мало людей. Люди не охотно идут в нашу дружину, они считают, что васары не тронут их деревню. Когда весной на землях карла Фара из деревни увели весь скот, а детей увезли с собой, соседние деревни начали держать скот в лесу, как и припасы.

Наделали схронов, и продолжили жить. Можно набирать армию за деньги, но у нас нет денег сейчас.

— Армия за деньги, карл Драс, это худшее, что можно придумать сейчас. Потому что такая армия продаст наши земли, как только найдется покупатель.

— Я не знаю, что с тобой случилось, девочка, но мыслишь ты сейчас, как не могут мыслить все мои люди, в том числе и ты, Бор. — он оглянулся на Бора, тот не поднял глаз.

У меня есть несколько предложений, только давайте обсудим их чуть позже, когда все ваши люди заснут после ужина, — время от времени заходили мужчины, снимали и вешали мясо, добавляли угли из соседнего очага. Я встала, и направилась в дом. Снег шел второй день. Я подставила лицо под непрекращающийся танец снежинок, и наслаждалась тем, как они, тая и скользя ручейками со лба и щек, остужают разгоряченное от углей и разговора лицо. Я смотрела на реку, на бортах судна лежал снег, и оно выглядело сейчас, как новогоднее папье-маше в торговом центре.

Казалось, сейчас я моргну, и вокруг него заблестят шары, и голос из динамика запоет голосом Синатры про то, что снег идет. Слезы сами потекли по лицу. Сзади меня подтолкнул Драс, и обняв за плечи, повел к дому.

Мы славно поужинали, и я была даже на подъеме, поняв, что не все так плохо, как я предполагала, и у нас есть шанс. Севар успокоился, увидев, что Бор разговаривает со мной, и Драс больше не шутит над моими словами и поступками.

Иста не встречалась со мной взглядом за столом, пока мы вместе не оказались за печью, в кухонке, и там я ее не прижала с вопросом:

— Иста, что случилось, почему ты избегаешь меня?

— Прости, но мне пришлось сказать Бору, что ты ничего не помнишь, потому что он начал выпытывать у меня — не ведешь-ли ты себя странно, не говоришь-ли о том, что жила в другом месте. — Иста смотрела на меня широко раскрыв глаза.