Наследие Сири

— Что это, Драс? — и заглянув в комнату рядом со спальней, я увидела свои вещи, свою прялку, разложенные на столе выкройки начатых и отложенных пуховиков. Я вернулась в спальню и заглянула в ящик — он был новым, резным, похожим на сундук, обитый ленточками железа. Открыв его я увидела там свои вещи.

— Я же сказал, Сири, теперь это наш дом. И ты в него вошла, — он настойчиво дал мне мне кружку и продолжал улыбаться.

— Чей наш, и почему здесь мои вещи? Я здесь буду жить?

— Мы с тобой здесь будем жить, Сири. Ты только что приняла мое предложение, и ты моя жена.

— Как это приняла предложение, ничего я не принимала, — с одной стороны я была в шоке, но какой-то частичкой души я представила, что здесь мы будем жить вдвоем, и мне эта мысль понравилась.

— Я сказал: «Теперь это наш дом».

— Сказал, и что?

— У нас это значит, что я сделал тебе предложение, а ты вошла в него, значит ты согласна.

— Драс, но ведь я не знала, что это значит!

— Ты выйди сейчас и скажи всем этим людям, что ты не знала, что здесь вот так… ага, и жди, что они тебе поверят.

— Но я же с ним не развелась!

— Сири, у нас не разводятся. Вообще. Ваш случай с Браном первый. Мы говорили с Севаром и с Браном, мы советовались со старейшинами. Все решили, что раз ты не живешь с ним, он тоже не переживает по этому поводу, значит, вы свободны. Главное — у вас нет детей.

— Офигеть, — я села на край лавки. Драс сел рядом. С улицы кто-то захлопнул дверь. Мы остались вдвоем. Толпа людей удалялась.

Я поставила кружку на стол и повернулась к Драсу, который был, похоже, растерян сейчас и думал, что все было зря, как и все эти годы — его ожидания и надежды. Он смотрел в окно, где факелы освещали улицу, где начинался снежок.

— Драс, я согласна, только учти, если мне не понравится, как ты целуешься, я за себя не отвечаю, — я видела как его глаза расширяются, пока он медленно поворачивал ко мне голову, словно боясь резким движением спугнуть удачу.

— Сири, я даже разбираться не буду, что ты там сказала после «я согласна», — и он, наконец, поцеловал меня. Поцеловал меня так, словно ждал этого вечность. В эту секунду я поняла, что ждала его, что была спокойна потому что он все равно рядом. И просто представив, что его могло не оказаться после моего возвращения с юга, мне стало грустно.