На все руки доктор

Готаров так просто не сломить, да?

Я кивнула и сама не заметила, как начала улыбаться.

Этот маленький эпизод стал очередным стимулом сделать все от меня зависящее. Я никому не позволю растоптать то семейное тепло и ростки доверия, которые обрела в этом мире.

Ну а перед сном меня ждала тренировка. Я решила не давать себе спуску, потратила целый час на лимфодренажные и общеукрепляющие упражнения, растяжку и дыхательную гимнастику.

Приходилось то и дело поглядывать в сторону зеркала, но шаль больше не сползала, а стекляшка не подавала признаков жизни.

В окно бил яркий лунный свет, и я решилась.

Любопытство, чтоб его!

Сдернула шаль и всмотрелась в темные глубины. Хотя какие там глубины? В свое напряженное лицо.

Талантливый резчик украсил раму орнаментом, и в углублениях за годы скопилось много пыли. Я пробежалась по дереву пальцами, очищая изящные завитки, как вдруг что-то кольнуло подушечку безымянного пальца.

Заноза!

И в тот же миг поверхность зеркала тускло замерцала.

Глава 17

Ночной сеанс

Я замерла и прижала руки к груди.

Я сощурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Не хотела, а все-таки поделилась кровью с зеркалом. Этому обманщику болтливому хватило одной малюсенькой капли, чтобы запустить настоящую магию. И теперь он меня словно бы соблазнял, обещая большее.

За большую плату, разумеется.

Кажется, передо мной предстала чья-то спальня.

Ну это уже чересчур! Еще и звуки передает, как будто я там третья присоседилась. Вы не обращайте на меня внимания, ребята, я сейчас быстренько…

Да что же делать? Как убрать эту гадость?

Я даже зашипеть от возмущения не могла или скомандовать, чтобы стекляшка выключила это непотребство. Тут еще мужчина что-то неладное почуял, обернулся…

Ой!

— Магия! Темная магия! — заголосил мужик, прикрываясь одеялом.

Трясущимися руками я сделала единственное, до чего смогла догадаться — смахнула изображение вбок, как на экране смартфона. И, о чудо, получилось! Картинка пропала.

Но рано я обрадовалась. Через несколько секунд зеркало зарябило вновь, явив передо мной новое изображение.

Тоже ночь, полутьма, окошко, за которым на ветру колышутся ветви. Полоса лунного света на полу и в ней силуэт.