На все руки доктор

— Я понимаю, что прервал ваше занятие, но… — он неловко потоптался на месте.

— Заходите уже, нейт Ламини, — я сменила гнев на милость.

Слишком беззащитным и смущенным выглядел рослый брюнет.

— Нейра Олетта… Ваша вода…

Я насторожилась. Молодой маг пил минеральную воду по моей рекомендации, и вот…

— Мне очень понравилось! — нейт Ламини засиял, как начищенный медный таз. — Никогда не пробовал ничего лучше, вино ни в какое сравнение не идет с этим чудо-напитком! Я уже давно не чувствовал себя таким бодрым, а мой магический источник быстро восполнил резерв после тренировки.

— О, прошу вас, расскажите о своих ощущениях подробней, — я взяла со стола блокнот и карандаш и приготовилась записывать.

С недавних пор я тщательно фиксировала все свои наблюдения. Давала обитателям замка, членам семьи и нашим гостям небольшие порции вод из разных мест и наблюдала.

Неудача случилась только с Болвейном, но у него все не как у людей. От глотка сероводородной воды у него скрутило живот, и бедняга полдня не покидал уборную.

— Я могу не только рассказать, но и показать, — Ламини откинул длинные каштановые волосы за спину и принялся расстегивать рубашку…

Что он делает?

Я не успела ничего сказать, как дверь снова отворилась. На этот раз без стука, впуская бесцеремонного нейта Болвана.

Размашистым шагом он прошел на середину комнаты. Ему хватило пары секунд, чтобы оценить ситуацию и рявкнуть на подчиненного:

— Пошел вон, Ламини! Готовься к отъезду!

— Что вы себе позволяете? — вступилась я за своего пациента.

Болвейн сощурил взгляд острых, как две льдинки, глаз, и прошипел:

— Этот детина здоров как бык. Ты меня слышал? Быстро выметайся! Нечего тут пороги обивать.

Маг, обиженно засопев, ретировался. Болвейн сложил руки на груди и произнес, не отрывая от меня оценивающего взгляда:

— Что в вас такого особенного, нейра Олетта?

— Что вы имеете в виду? — я убрала так и не пригодившийся блокнот и карандаш в карман.

"— Почему мои подчиненные уже всерьез обсуждают, кто из них первым будет делать вам предложение руки и сердца? И почему Ламини сегодня чуть не подрался с Зейласом?

— Что? — у меня натурально отвисла челюсть.

Болван наслаждался произведенным эффектом, глумливо скалясь.

— Почему девица из провинции, из бедного опального рода вдруг показалась такой желанной и недоступной для столичных хлыщей, никогда не знающих отказа?

Мне показалось, что я попала в зазеркалье.