На все руки доктор

Чего ему надо? Хочет проверить, не буду ли я использовать запрещенную магию?

Граф застыл у меня за спиной в неуверенной позе. Его филейная часть еще побаливала, наверное, это поджигало его вредность.

— Я не уйду. Надо же видеть, что вы будете творить с моим подчиненным.

— Дался ты мне тут, как собаке пятая нога, — шепнула и приступила к делу, склонившись над больным. — Расслабься, друг мой.

Тьфу! Опять сюсюкаю.

— Я постараюсь.

Будет замечательно, если он перестанет нервничать. Ламини не худой старичок, а физически развитый, «мышечный» молодец.

С лицом решительным, словно шел в бой, пациент кивнул и принялся медленно и глубоко дышать.

Я взяла его за запястье, привела плечо к телу и согнула руку мага в локте.

— Отпусти, не напрягайся.

— А-агх… — Ламини сцепил зубы."

"Ну да. А ты как хотел? Быстро не получится. Минут десять я вращала руку наружу, пережидая болевые спазмы и добиваясь полного расслабления.

— Глубокий вдох… и вы-ыдох.

Дыхание помогало. И тут долгожданный глухой щелчок. Головка плечевой кости встала на место.

— Уже все⁈ — вытаращил глаза больной.

На его лице было написано такое облегчение, словно он наконец чихнул после долгих бесплодных попыток.

— Все, — я хмыкнула. — Надо зафиксировать. Слышите, девочки? Восстановление очень важно, иначе будет повторение.

Знала я таких, кто сами себе вправили, послюнявили и дальше пошли. А оно опять выскочило. И так по кругу, уже не обращали внимания, пока не прижмет.

Я делала операции таким пациентам. И с пластикой, и без. Теперь о подобном только мечтать.

Но были секунды, когда казалось — я вижу все, что творится внутри сустава нейта Ламини, как будто у меня в руках артроскоп. Я действовала, не задумываясь.

— Повязка? И сколько ему так ходить? — снова влез Болвейн.

— Мне бы понаблюдать за ним. К счастью, он маг, а значит, может поправиться быстрее.

Точно прибью этого зануду! Еще лицо делает, словно ему под нос сунули вонючий сапог.

— Может, я нейта Ламини вообще в Ключе оставлю, с вами не пущу, — добавила мстительно.

— Я лучше промолчу по этому поводу, — процедил раздосадованный Болван. — Проклятье какое-то, не иначе! Так и знал, что не надо браться за это дело.

Когда все закончилось и перевязанного Ламини отправили в комнату отдыхать, я выдохнула. Резко накатила усталость, виски взмокли, и я вытерла их краем фартука.