На все руки доктор

А он не смог вломиться силой — защита артефакта не позволяла.

Ничего бы он ей не сделал, просто расспросил бы, кто она такая и зачем за ним следила. Не такой он и страшный, в самом-то деле. Только выглядит грозно.

«Точно паранойя разыгралась, — подумал Лерран и натянул куртку. — Ладно, хватит врать хотя бы себе. Эта дева с золотыми косами меня зацепила».

Он остановился у зеркала, оценивая свой внешний вид. Лицо невыспавшееся, под глазами мешки, щетина делает похожим на дикого зверя. Скоро и пахнуть будет так же.

Но кто, если не он, защитит границы герцогства и всего королевства от нардов? Они нарушают перемирие, которое держалось столетиями, грабят торговые караваны, несмотря на то, что купцы платят немалые пошлины. Совершают набеги на приграничные села, после чего пропадают люди. Творят свою темную магию. Поговаривают, что среди них водятся некроманты.

Совсем страх потеряли.

— Хозяин, — внезапно Галлай, его зеркальный артефакт, встрепенулся.

— В чем дело?

— Я чувствую, как кто-то желает с вами связаться.

Это может быть его величество, а может…

Герцог усмехнулся и произнес:

— Конечно, я не против побеседовать с этим кем-то.

«Или с этой», — добавил про себя его сиятельство, потому что надежды наши неистребимы. Даже если их пока не осознаешь.

— Мои запасы магии на исходе, — посетовал Галлай.

Лерран прекрасно знал, что это означает. Артефакты требовали подзарядки, а зеркало хорошо воспринимало кровь мага. Чиркнув по подушечке большого пальца острием кинжала, герцог коснулся серебряной глади.

Глава 25

Мое будущее?

«Я должна сказать тебе еще кое-что. Нейт Болвейн не велел выпускать тебя из замка. Боится, что ты сбежишь, а он еще с тобой не закончил. Поговорить хотел».

Я вспоминала слова Кокордии и злилась. Спутал мне все карты этот Лис, так его растак! Главное, чтобы шпионов своих под боком не оставил и чтобы слуги не болтали лишнего.

Пусть мне запрещено выезжать, но и в самом Ключе уйма дел. Надо вникать в дела графства и ненавязчиво решать проблемы со здоровьем обитателей замка, их детей и родственников.

Я вошла в чулан и закрыла дверь на щеколду. Зеркало стояло в углу, накрытое плотной тканью. И тут волна какая-то накатила, показалось, что я его чувствую, ощущаю, что оно живое.