На крутом вираже

– Но это значит… – медленно произнес Аркадий Ширейко. – Это значит, что яд в бокале предназначался вовсе не Насте, а вам! Это вас хотели отравить! Настя выпила чужой яд! Она погибла случайно!

– Почему же обязательно господина Перевозчикова? – покачал головой Лев. – Ведь нетронутых бокала было два. Кто-то еще не притронулся к своему напитку…

– Это я, – послышался от двери знакомый голос.

Все обернулись. В дверях кухни стояла Ксения Селезнева.

– Я тоже не пила коктейль, – сказала она.

Все переглянулись. Наступило общее молчание.

– Опять несчастье! Опять случайная смерть! Это какая-то черная полоса! Какая-то дьявольская тень накрыла наш дом!

Никто не отреагировал на это высказывание хозяйки. Гуров достал носовой платок, обернул им стакан, поднял его и положил на стол. Затем обернулся к Георгию Селезневу:

– Надо позвонить в Геленджик, в полицию. Скажите им, что произошло, что есть подозрение на убийство. А если конкретно, на отравление.

– А сказать им, что вы здесь? И что это ваше мнение насчет отравления?

– Да, теперь это уже не тайна, – кивнул Лев. – Говорите все, как есть.

Миллионер достал телефон и вышел в гостиную, чтобы позвонить. Вслед за ним как по команде потянулись и остальные. Гуров поймал на себе испуганный взгляд Виктора Селезнева. Он вспомнил о тщательно подготовленном испытании, о попытке поймать преступника за руку.

– Скажи, Вахтанг, Настя тебе ничего не говорила о каком-то разговоре, который она случайно подслушала?

Тот ответил не сразу. Подумал, припоминая, потом сказал:

– Знаешь, Лев Иваныч, что-то такое она говорила. Вот буквально в последнюю минуту, прежде чем упасть.

– Да, и что дальше? – спросил Гуров.

– А ничего. Тут она словно подавилась, вскрикнула и стала падать.