На крутом вираже

 – Все же он был рядовым служащим, подчиненным…

– А вы? Вы входили в число друзей Котова?

Девушка покраснела и, с осуждением взглянув на Гурова, произнесла:

– Я не знаю, что вы имеете в виду, но у нас с Денисом Григорьевичем были чисто деловые отношения. Я не могла стать ему другом – ни по возрасту, ни по жизненному опыту, ни по служебному положению.

Лев решил больше не затрагивать эту тему. Он и так для себя все понял: юная секретарша Котова была влюблена в своего начальника, но старалась не выказывать своих чувств, держала их при себе.

– Вы говорите, у Котова со всеми были хорошие отношения, – сказал он. – С друзьями, разумеется, тоже?

– Конечно! У него были отличные отношения с друзьями.

– И никаких ссор? Никаких конфликтов, разногласий?

– Нет, ничего такого не было. Хотя… – Наташа на минуту задумалась. – Да, был один такой момент… Не то что ссора, но они разговаривали на повышенных тонах… Совсем не как друзья разговаривали…

– С кем?

– С Борисом Николаевичем, с Сидоровым.

– Вот как? И давно это случилось?

– Да уже несколько недель прошло. Да, это было в августе, в самом начале августа.

– А позже они помирились? Снова общались как прежде?

Девушка снова задумалась, потом призналась:"

"– Нет, не помню. Кажется, не общались. Хотя, может, и общались, только не у нас в департаменте.

– А с остальными у Котова сохранялись дружеские отношения?

– Да, я не помню никаких ссор или столкновений. Да и с Сидоровым… Я ведь точно не знаю, что у них там произошло.

– Возможно. А с клиентами вашего департамента были у Котова столкновения? С теми, кому он отказал?

– Да, вот тут были настоящие схватки! Иногда такой крик стоял – в коридоре слышно было.

– А с кем у него были особенно серьезные стычки?

– Я всех не помню… Но две фамилии вспомнить могу: Жилин и еще Цыплаков.

– А фамилию Селезнев не помните?

– Да, точно, был еще Селезнев. Спасибо, что подсказали. Так вы думаете, это они? Что эти люди убили Дениса Григорьевича?

– Пока не знаю, – ответил Гуров.

Когда девушка вышла, Лев решил, что необходимо встретиться с остальными тремя «обиженными»: Воробьевым, Жилиным и Цыплаковым. «Вон у них какие конфликты были – аж в коридоре слышен был крик, идущий из кабинета, – подумал он. – Как-то не верится, что все они оставили свою обиду за дверью.