Морской волк

— Мои помощники с удовольствием помогут вам, — попытался он отфутболить меня, решив, наверное, что передним ним в лучшем случае командир руты.

— Не уверен, что это в их компетенции, — сказал я и назвал сумму, которую надо будет обменять.

Мой потомок сразу преобразился, став слаще меда, и представился. Звали его Гвидо Градениго.

— Только придется подождать, когда наберем нужное количество экю, — предупредил он. — Но если возьмете венецианские цехины или флорентийские флорины, поменяем сразу.

- Мой дед имел дела в Ла-Рошели с банкиром Джакомо Градениго.

— Мой прадед! — горделиво ответил Гвидо Градениго. — Он основал наш банк. Теперь у нас офисы по всей Европе!

— А где еще? — спросил я.

— Кроме Ла-Рошели, где наше главное отделение, и Марселя, еще в Париже, Бордо, Руане, Лондоне, Брюгге, Гамбурге, Любеке, — перечислил он.

Видимо, охватили всех членов Ганзейского союза и ее основных партнеров. Оставалось только порадоваться за них.

— А в Новгороде есть? — перебил я.

Гвидо Градениго немного смутился, будто я обвинил его во лжи:

— Есть у нас планы открыть офис и в Новгороде, но пока не дошли руки.

— Жаль! — сокрушенно произнес я, словно офис в Новгороде и был тем делом, из-за которого пришел в банк.

— У нас там есть деловые партнеры, купцы из Любека, можем через них оказать любую посильную помощь, — предложил банкир.

— Я напрямую к ним обращусь. Давай поговорим о другом деле. Я готов положить эти деньги и еще кое-какие в ваш банк под проценты.

— Конечно! — заверил он.

— Какой дадите процент? — спросил я.

— Два, — сразу ответил Гвидо Градениго, но когда узнал, о какой сумме пойдет речь, поднял до трех с половиной.

Я решил оставить в банке почти все, что добыл на службе у короля Людовика Одиннадцатого. Договор занимает намного меньше места, да и какие-никакие проценты набегут. Правда, есть шанс потерять деньги из-за банкротства банка, но кто не рискует, под того вода не течет и портвейн не просачивается.

На следующий день мои матросы принесли в банк два сундука с арагонскими монетами и мешок с золотыми экю и «альфонсинами». Деньги были пересчитаны трижды, проверена каждая монета. После чего составили договор."

"— В наших французских офисах будут предупреждены о договоре недели через три-четыре, а в Англии, Фландрии, Римской империи узнают позже, по мере того, как туда доберутся мои письма, — предупредил Гвидо Градениго.