Морской волк

К моменту прихода флотилии новгородских купцов, трюма барка были заполнены этими бочками примерно на четверть.

Купец Антип Федорович Булава первым прибыл на барк. Наметанным взглядом он оценил сложенные возле кормовой надстройки шкуры, покивал головой, соглашаясь со своим внутренним собеседником. Наверное, ему сообщили, что я вел торговлю с аборигенами.

У меня в каюте, выпив вина за встречу, Антип Булава спросил:

— Меха у чуди тоже ты купил?

— Да, взял немного, — признался я. — А что, нельзя?

— Мне без разницы, я с ними не торгую, — ответил он.

Купец сообщил, сколько и чего привез. Я проинформировал о своем грузе.

— В прошлом году пчел много передохло, воск и мед подорожали, — начал было Антип Федорович.

— Ты не поверишь, но овец тоже много передохло, ткани подорожали, — насмешливо произнес я и закончил серьезно: — Но я цены не поднимаю. Как договорились, так и продаю, что и тебе советую.

— Это не я, это мои компаньоны потребовали, чтобы сказал тебе. По мне, как договорились, так и сторгуемся, — сообщил купец Булава.

— Разумное решение, — поддержал я. — Компаньонам передай, что меня на слабо не возьмешь. Мне и так часть груза придется на палубе везти. Могу от некоторых ваших товаров отказаться.

— Обязательно передам, — заверил он.

Антипу Федоровичу Булаве, как понимаю, осложнять отношения со мной ни к чему. Он берет мой товар первым и самое лучшее. Наверное, что-то имеет и с остальных, как организатор каравана. За одну короткую ходку и без особого риска зарабатывает столько, что хватит несколько лет жить безбедно.

Обмен товарами прошел быстро и без проблем. Больше никто не заикался о повышении цен. Мой товар осматривали не так дотошно, как в прошлом году. Разве что возле пушек долго вертелись. Антип Федорович в прошлом году заказал мне десять бронзовых пушек, стреляющих девятифунтовыми ядрами. На ладьях использовались трехфунтовые фальконеты, поэтому я поинтересовался, зачем ему пушки?

Он помялся немного и сообщил:

— Ливонцы собираются в гости к нам пожаловать.

— Уверен, что они не забудут ваше гостеприимство! — пошутил и я, знавший, что Ливонский орден до Пскова и Новгорода не доберется, и пообещал привезти пушки.

Отлили их в Ольборге этой зимой под моим руководством. Раньше там такие большие из бронзы не делали, а клепали из железных полос, которые стягивали кольцами.