Морской волк

 — Повторяю для бестолковых… Смотри сюдой, а не тудой!

«Тудой» шла молодая и красивая женщина в сопровождении своего мужа, моряка-загранщика, который тащил баулы со «школой», как тогда называли вещи, купленные на перепродажу. Напоминал он навьюченного осла, которого ведут на поводу.

Боцман тоже проводил женщину взглядом, вздохнул глубоко и произнес убежденно:

— Нам так не жить, а если жить, то не долго!

На счет меня он ошибся. И за борт тоже таки не выкинул, хотя беседочный узел завязывать научил.

Я обвел веревку вокруг мерлона — части парапета между двумя амбразурами, которую часто путают с зубцами, — и начал спускаться по стене.

Альпинистский опыт у меня никакой, поэтому ободрал руки веревкой, пытаясь не дать своему телу спуститься слишком быстро. Под стеной лежал снег. Эта стена северная, солнце сюда не заглядывает. Я смотал веревку, спустился в ров. Лед в нем еще был крепкий, но сверху покрыт слоем воды. Сапоги на нем скользили, я с трудом удерживал равновесие. С другой стороны ко рву примыкал вал, присыпанный к внутренней стороне второй, малой стены и покрытый снегом только у основания. Спуск с малой стены прошел успешнее. Впрочем, она была высотой всего метра три с половиной. Во втором рву лед тоже выдержал меня. Правда, сапоги промокли окончательно.

— Лорен, — позвал я тихо.

— Я здесь, — послышалось из темноты.

Я пошел на голос. Мой иноходец, почуяв меня, всхрапнул то ли радостно, то ли грустно. Кончилась его безделье. Несколько дней придется потрудиться. Я погладил коня по теплой шее, покрытой короткой густой шерстью, по гриве из длинных и жестких волосин.

От него шел густой запах, который раньше немного напрягал меня, а сейчас показался очень приятным. Такое впечатление, что именно коня мне и не хватало все предыдущие дни, проведенные в камере.

— Достань сапоги, переобуюсь, — приказал я Тома, который держал повод коня.

Пока слуга искал их в бауле, я спросил Лорена Алюэля:

— Подорожную сделал?

— Да, вот она, — передал он мне свернутый трубочкой лист плотной, дорогой бумаги.

Такую используют королевские секретари. В свое время я купил целую пачку."

"— Я уеду отсюда навсегда. Можешь поехать со мной, а можешь проводить до Онфлера, а потом вернуться домой. Денег на безбедную жизнь я тебе дам, — сообщил я своему кутильеру.

— Нет, я лучше с вами. Здесь скучно! — признался Лорен Алюэль.

— Я тоже с вами! — отдавая мне сухие сапоги, торопливо произнес Тома, словно боялся, что его оставят одного в темноте.