Морской волк

О поражении бургундов здесь уже знали, но о том, где герцог, что с ним, никто понятия не имел. Видимо, тело еще не нашли или не опознали. Бойцы моего копья продали здесь только доставшуюся им одежду и оружие и самых плохих лошадей. На хороших в Жуанвиле не нашлось щедрых покупателей. Я не жадничал, поэтому быстро избавился от всего лишнего, продав и доли Лорена Алюэля и Тома. Кутильеру разрешил оставить одну лошадь. Он хочет подарить ее матери. Говорит, его мать, выросшая в благородной семье, любит ездить верхом.

Что ж, пусть ездит. У вдовы тоже должны быть маленькие радости.

Ответ пришел через два дня. Бальсарен де Трес лично приехал на постоялый двор, чтобы сообщить об этом, потому что в присланной подорожной было указано, что все королевские подданные обязаны оказывать мне любую помощь, способствовать выполнению королевского поручения.

— Король едет в Тур, приказывает и вам следовать туда. Я выделю охрану, чтобы проводили вас до Труа, — любезно предложил сенешаль.

Я не стал отказываться.

На дорогах сейчас спокойнее, чем лет сто назад, но еще пошаливали.

В Орлеане я расстался со своими лучниками, арбалетчиком, аркебузиром и пикинером. Они мне больше не нужны. Дождутся здесь попутный караван и поедут домой или куда хотят. Предложил им держать язык за зубами о своей причастности к смерти герцога Бургундского. О ней уже знали. Хищники обгрызли голову герцога, которая торчала из воды, так что опознать Карда Бургундского смог только его личный врач по старым шрамам на теле.

Кто-то запустил версию, что убили герцога Бургундского его английские охранники. В подлых поступках всегда виноваты иностранцы. В данном случае так и было, хотя обвинили не тех.

В Туре я по привычке остановился у Рыжего Шарля, поскольку Долговязый Шарль перед Рождеством отмучился. Впрочем, заправляла Розали, а муж выполнял ее поручения. Под глазом у него был огромный синяк. Судя по размеру, синяк — дело нежной женской руки, вооруженной тяжелым предметом. На мой вопрос, за что его так любит жена, Рыжий Шарль промычал что-то невразумительное и сразу ушел во двор.

У Розали я спрашивать не стал, потому что не собирался часа три выслушивать жалобы на мужа. Быстрее ни одна жена не расскажет. Они ведут бухгалтерскую книгу семейной жизни, приписывая все добрые дела себе, а все плохие — мужу. В итоге приход и расход равны. Если нет, то тот, у кого меньше, уйдет.

Отпустив утром кутильера Лорена Алюэля к матери, я вместе с Тома поехал в Плесси.