Многая лета

Правда, его любовь приключилась ещё в гимназии и закончилась вместе с мятным пряником, который он стащил у меня из ридикюля.

— Ещё успеешь стать и невестой, и женой, — успокоила её Фаина и, конечно, шевельнулась. — Ой!

— Предупреждала же, что уколю, — нахмурилась Надя, но тут же рассмеялась, — говорят, если портниха уколется, то обновка понравится. Вспомни об этой примете, когда будешь дошивать наряд.

— Сейчас вернусь домой и простегаю подол, пока Капитолина спит, — пообещала Фаина, хотя совсем не была уверена, что не задремлет от усталости.

Жениха Фаина видела совсем мало. Он получил назначение в какую-то комиссию, забегал к ней утром — наскоро поцеловать — и вечером — второпях поужинать и сообщить, что устал как собака, но жизнь кипит, и ребята в его подчинении оказались боевые и активные.

Капитолина лезла к нему на колени, а сама Фаина, подперев щёку ладонью, смотрела, как он ест, и думала, что женское счастье в том и заключается, чтобы покормить любимого, утешить, отереть полотенцем пот со лба и со спокойной улыбкой сказать: «Пока мы вместе, всё будет хорошо, родной. Главное — слышать и понимать друг друга».

* * *— Через две недели свадьба, ля-ля-ля, — в такт шагам беззвучно напевала Фаина, идя вдоль длинного Загородного проспекта к любимому храму. Храм стоял в глубине зелёного дворика недалеко от Владимирской площади, где чудом сохранились старые деревья, не спиленные в суровую зиму двадцатого года. Летом там чудесно щебетали птицы, а осенью листья клёнов кружили по мостовой затейливые прощальные танцы.

Погода выдалась под стать мыслям: ясная, тёплая, с нежным ветерком, качающим в воздухе лёгкий запах зелени.

С Фёдором они не говорили про венчание, но Фаина была уверена, что он не откажется. Сам же сказал: «Хочу по-людски, по-настоящему, чтоб на всю жизнь». Представив жениха с венцом на голове, она улыбнулась.