Мафиози и его Ангел: Часть 1

Он подул на мою кожу, а затем укусил мою мочку уха. «Пока ты сама этого не захочешь», - шепнул он мне в уши, произнося те же слова, что и у него, когда мы впервые встретились.

""Что ... что ... что ты делаешь?"" Я наткнулась на мои слова, мой голос был хриплый.

Он рассмеялся и отстранился. «Как ты думаешь, что я делаю? По твоей реакции, я думаю, это довольно очевидно.»

Я покачала головой и молча уставилась на него. Нет, это не было очевидно. Он играл со мной. Но почему?

Я попыталась отстраниться, но Алессио обнял меня за талию, притягивая меня к себе.

О Боже. Нет. Спаси меня от этого.

«Пож… пожалуйста, не делай мне больно».

Его тело дрожало от тихого смеха. «Ох, детка. Удовольствие и боль идут рука об руку». Алессио наклонился вперед и медленно лизнул мою шею. «Разве ты не знаешь? Наибольшее удовольствие приносит боль», - шепнул он мне на кожу.

Нет, я знала боль.

Мое тело замерло, и тогда я начала бороться с его захватом.

""Отпусти меня. Пожалуйста. Пожалуйста, отпусти меня», - умоляла я, когда мои глаза наполнились слезами. Я была неправа, думая, что я в безопасности. Он был монстром, как Альберто. Он брал то, что хотел, а потом оставлял меня в крови и в шрамах.

«Хватит бороться», - жестко приказал он.

«Нет.

«Достаточно!»

Я захныкала и сжалась. Он отпустил меня, и я вернулась к стене, прислонившись к ней.

Алессио тупо уставился на меня. Мое резкое дыхание наполнило комнату, и я задрожала. Мои ноги едва держали меня.

Он шагнул вперед, но когда я заплакала, он остановился.

«Ты боишься меня», - сказал он.

Я сглотнула, но ничего не сказала. Что я могла сказать? Он уже понял меня.

«Но тебе также нравится мое прикосновение», продолжил он. Мое тело замерло, и на этот раз я покачала головой. Его глаза стали жесткими, и он подошел ближе.

«Не ври мне. Если ты еще не знаешь, тогда позволь мне просветить тебя, - сказал он сквозь стиснутые зубы. «Я всегда знаю, когда кто-то лжет. Таким образом, тебе будет лучше, если ты этого не сделаешь.»

Я не ответила. Я не могла. У меня пересохло в горле, и язык во рту стал тяжелым.