Лезгинка по-русски

Встречные пули все же достали машину, пробив металл кузова в нескольких местах. Но дистанция сокращалась так стремительно, что прицельно стрелять в людей было очень сложно, тем более что пулемет продолжал палить по охранникам, лежащим на бетоне двора и не имеющим никакого укрытия. А пулемету вторили автоматы. Такой плотный огонь не позволял даже голову поднять.

Здесь все закончилось быстрее, чем успело развернуться. Последними из дверей казармы выскочили офицер и солдат и сразу же попали под пулеметную очередь.

Тихомиров, считая в уме потери противника, решил, что из казармы больше никто не выйдет, сделал поворот и направил машину к левому крылу главного корпуса – туда, где находились лаборатории.

* * *Группа подполковника Занадворова действовала так же стремительно, как и группа майора Тихомирова. Прорвавшись через контрольно-пропускной пункт, где уже никто не имел возможности оказать сопротивления, спецназовцы бегом преодолели расстояние до главной двери. Пока Рататуев перезаряжал «РПГ-7», можно было использовать подствольные гранатометы.

Ёлкин выстрелил в дверь прямой наводкой еще с дистанции, вбив ее внутрь одним выстрелом. И, когда группа ворвалась в помещение, видно было, что под дверью лежал придавленный охранник. Он еще шевелился и пытался, не вставая, поднять оружие, что и было прекращено одной очередью.

– У меня один есть, – доложил снайпер, оставленный в «коробке» КПП, чтобы оттуда из окна контролировать площадь двора.

– Где-то еще один остался, – сказал командир.

 – И отдыхающая смена…

В створ распахнувшихся двойных дверей, откуда так необдуманно желало выскочить несколько человек, ударили очереди сразу из всех автоматных стволов. В ответ раздался только один выстрел, пистолетный. Пуля ударила в бронежилет Ёлкина и срикошетила.

Капитана этот выстрел не остановил. Его уже заряженный подствольный гранатомет нацелился на следующую дверь; взрыв гранаты выломал ее. За дверью была лестница. Занадворов бросился к ней первым и остановился в дверном проеме.

На середине лестничного пролета стоял сухощавый немолодой военный с полковничьими погонами, держал в руке опущенный пистолет и смотрел на спецназовцев, не очень понимая, что происходит; тем не менее страха не выказывал.

– Полковник Лоренц, как я понимаю? – спросил Сергей Палыч по-английски.

– Да, это я, – ответил полковник. – С кем имею честь?..

– Вы арестованы. Обвинение вам предъявят потом.