Контрабандистка с красным дипломом

Не задерживаясь на входе, быстрым шагом прошла вглубь помещения и замерла у стола своего работодателя. Особого внимания на меня не обращали. Все присутствующие сосредоточенно занимались своими делами. Но в какой-то момент все изменилось и лица мужчин изумленно вытянулись.

Оглянувшись, увидела входящего командора исдар Орш Мрока. Мужчина был хмур. Заметив, как я одета и какую сумку держу в руках, окаменел, и так и остался стоять у двери. Взгляд его, такой рассеянный и испуганный, метался от меня к капитану.

Заметив то же, что и остальные, я испытала очередной на сегодня шок."

"В дверь, бочком не задевая командора, протискивался господин Шибу. Что это Кирроси поняла по длинной белоснежной потрепанной косе. Лицо же такого красивого сакали сейчас больше походило на отбивную. Затекшие глаза, опухшее лицо, огромный кровавый синяк на челюсти. Правую руку он прижимал к боку и хромал, по-моему, сразу на обе ноги.

«Мда, хорош, – какая-то зловредная и удовлетворенная улыбка скользнула по моим губам.

Увидя мою хищную счастливую улыбку, он как-то сглотнул. И все так же бочком двинулся в сторону пилотов. Ага, пошел спасаться за спинами своих, думает, наверное, что они его платьицами и перышками на шляпках прикроют, если что.

– Астра, а почему с сумкой? – вопрос капитана оторвал меня от созерцания моего побитого непосредственного начальства.

– Я так понимаю, что меня высаживают с корабля, капитан Хошори, – поделилась я с ним своими догадками.

Спиною чувствовала взгляд Лэксара. Ну а что, сказал, высажу и высадил. Орши всегда держат свое слово.

– Интересно и весьма неожиданно, – хмыкнул капитан, может мне показалось, но его синие глаза светились каким-то весельем. – А с чего вы взяли, что покидаете наше судно?

– Ну как же, капитан Хошори, – я не могла унять свою уязвленную и растоптанную гордость, которая, даже вдавленная в землю, не хотела с этим мириться, – хвостом перед вашим инженером-мотористом, со слов командора исдар Орш Мрока, крутила! Ему, когда он пытался уличить меня в аморальном поведении, нахамила! Как же меня теперь оставлять на корабле, а вдруг я пилотов наших обесчещу? Пойду наниматься в бордель! Теперь туда мне и дорога.

Ох, как же я была зла. Разум, вообще, молчал, эмоции дергали меня за язык. Обида требовала выхода.