Контракт на материнство (СИ)

— Что ты, я всего лишь считаю нас бездомными. Официально! — срываюсь на крик, и из глаз брызгают слезы.

Обидно до жути, а все моя мягкость и вера в Николая. Он ведь так загорелся каким-то бизнес-проектом, постоянно где-то пропадал, вёл переговоры, обещал, что все будет хорошо, заживем по-настоящему, поедем отдыхать за границу, а в итоге… в итоге очень скоро мне придётся переехать в деревню к родителям и каждый день добираться до работы на электричке. Туда и обратно. Перспективы очаровательны!

— Подожди, выход должен быть, Даш.

— Разве что на комнату в коммуналке. Квадратов так на десять. Где деньги, Коля?

— А когда… когда сказали отдать? — Он начинает нервно вышагивать туда-сюда по комнате, время от времени потирая отросшую щетину.

— Неделю назад. Сейчас капают пени, залоговое имущество так быстро точно не заберут, но мы в любом случае не сможем выплатить такие деньги, — говорю глухо и замолкаю.

Какое-то время в комнате царит тишина, каждый думает о своём, хочется проснуться завтра и узнать, что все это лишь дурной сон. Ох, как же хочется!

— Я… у меня были долги, Даша, — наконец-то отмирает Коля и смотрит на меня виновато. Я же не понимаю, о чем он.

— Какие долги?

— Перед серьезными людьми. Они могли меня убить. И тебя тоже. Понимаешь? Я не мог поступить по-другому. И тебе говорить не хотел, чтоб не волновалась, не накручивала себя понапрасну.

Я хмурюсь и смотрю на него с недоверием. У Коли были проблемы? Из-за чего? Почему он ничего мне не говорил? Как это могло мимо меня пройти? У меня складывается ощущение, что я абсолютно не знаю человека, с которым встречаюсь уже три года.

— Не веришь? — с вызовом спрашивает он. — Сейчас, погоди, я специально записал один из разговоров, хотел пойти к ментам, но оказалось, у них везде свои люди.

Коля достает из кармана телефон и нервно что-то ищет в нем.

— Вот. Слушай, — протягивает в мою сторону смартфон.

??????????????????????????

«Если бабок не будет в течение недели, тебя найдут в мусорном баке. И бабу твою тоже. Ты не с теми людьми связался…»

Голос басистый, прокуренный, грозный. И то, как это было сказано, не оставляет сомнений, что да, он сделает в точности так, как сказал.

— Видишь? Я не вру, Даш. Я знаю, это не снимает с меня вины за то, что я сделал, но я честно пытался заработать бабки, чтобы отдать их.