Газлайтер. Том 10 (СИ)

А ведь штука не из дешевых, мягко говоря. Ну и кто же тебя подкинул? Вопрос риторический.

«Света, я подкину тебе энергию. Длинноносая жульничает»

«Длинноносая? А, Степашкина. Фух, я знала! — радуется блондинка. — А то жгу-жгу, а вода всё не уходит».

«Принимай подачу» — используя кольца как проводники, передаю энергию Свете, и она продолжает испарять воду.

Но одной энергии недостаточно. Ведь поглотитель никуда не делся. Также я «включаю» Жору, чтобы он поглощал назад вытягиваемую артефактом энергию и циркулировал по кругу обратно в Свету.

— А теперь внимание! — я спрыгиваю на покрытое плиткой дно и выкидываю назад артефакт к ногам Степашкиной. — Сударыня, соизвольте объясниться.

Все старшекурсники устремляют взгляды на медный диск размером с тарелку. Степашкина бледнеет, но решает до последнего строить из себя дурочку:

— Объясниться в чем? В мусоре?

— Есть здесь сканер? — поднявшись по лестнице, я оглядываюсь на гостей.

— Артефакт, — выходит вперед высокий парень, нахмурившись. — Он поглощает энергию из окружающего пространства. Рядом с ним проблематично использовать техники.

По толпе разносится единый возмущенный вздох. Жуликов никто не любит.

— Я жду объяснений, — повторяю я спокойно.

— Я… — начинает вздрогнувшая Степашкина.

— Не от вас, — повернувшись к мрачному Бирюзову, я смотрю прямо в глаза сыну боярина. — Георгий, твой вассал сжульничал. И как сюзерен ты несешь за нее ответственность.

Толпа одобрительно взревела.

Глава 22"

"Чудовища непреодолимой силы

Гости развеселились. В мою сторону летят одобрительные крики, рядом с Бирюзовым-младшим же повисает тишина. Боярский род имеет сильную власть, и не каждый граф решится открыто выражать негодование по отношению к нему.

— Тебе так неймется, Филинов? — рявкает раздосадованный Георгий.

— Зассал признаться? — спокойно спрашиваю, и среди дворян поднимаются насмешливые смешки.

— Вот еще! — он расправляет плечи. — Вину я не признаю, но готов сбить твою спесь и убавить самомнение. Деремся до первой крови.

До первой? Подстраховался, значит. Впрочем, биться насмерть на студенческой вечеринке будет чересчур.