Камень. Книга 4

Дальше видно будет. Договорились?

— Договорились. — кивнул я.

— Удачно съездить на границу. — он встал и протянул мне руку. — Прохор, пригляди там за воспитанником.

* * *— Не нравится мне все это, Саша… — Император задумчиво смотрел на только что закрывшуюся за внуком дверь. — Алексей правильно отметил, что наши батюшки совсем уже страх потеряли. Особенно этот Тагильцев. Пользуется, тварь, своей близостью к Святославу… И влиянием на нужные Рода. Может, пока не поздно, устроим ему несчастный случай? Во избежание, так сказать… Как думаешь?"

"— Если сработать чисто, то почему бы и нет.

— протянул Цесаревич. — Напрашивается вариант с атакой на него «Тайги», с имитацией инфаркта. И концы в воду, никто ничего не заподозрит. Только вот сдюжат ли они, если даже Алексея при воспоминании о встрече с Тагильцевым так корежит. — он вздохнул. — Сработаем грязно, точно получим конфликт с Церковью. С дальнейшими не просчитываемыми последствиями. Да и эти совпадения с Лебедевым меня тоже очень настораживают… Надо с другим специалистом консультироваться.

— Я тоже уже про Ивана начал думать. — кивнул Император. — Только вот не кажется ли тебе, что Ванюша тоже?.. — он многозначительно посмотрел на сына.

— А смысл? — хмыкнул тот. — Ване тогда выгоднее было вообще в сторонке отсидеться.

— Тоже верно. — задумался Император. — Может он что-нибудь знает, просто нам не говорит?

— Не исключено, но вряд ли. — поморщился Цесаревич. — Переговорю.

— Переговори. И подготовку Алексея надо форсировать, хватит уже его в темную играть.

Подумай, как ты Ивана легализовать будешь. — Император откинулся на спинку кресла. — Белобородов на твое предложение согласился?

— Да.

— Вот и определишь нашего блудного колдуна под начало Белобородова. И дочь Ванину, Алексию эту, тоже.

— Отец, ты решил специально под Алексея отдельную спецслужбу создать? — заулыбался Цесаревич.

— Сам же видишь, само как-то создается. — развел руками ухмыляющийся Император. — Пусть Алексей поиграется. Авось, ему и понравится. И еще, Саша.

Пафнутьеву прикажи усилить контроль над церковниками. Особенно, над этим Тагильцевым. И пусть Виталькины орлы делают все аккуратно, чтобы меня Святослав жалобами на произвол Канцелярии не доставал.

— Сделаю.

* * *— Успокоился? — именно это спросил меня Прохор, когда мы с ним сели в отцовскую «Волгу».

— Не особо. — признался я.

— Это нормально. — хмыкнул воспитатель. — Нет ничего хуже не понимать с чем столкнулся. Зато как тонизирует? — он смотрел на меня с улыбкой.