Камень. Книга 2

И только уже на крыльце договорились с Прохором встретится на стоянке в пять, и он пошёл обратно на полигон, а я в тир.

* * *"

"— Вика, за что Алексей опять от тебя получил? — как бы между делом поинтересовался Прохор у Вяземской, краем глаза наблюдая, как «женский батальон» проходит полосу препятствий.

— Это была профилактика. — засмущалась Ведьма. — Била чисто в воспитательных целях.

— Алексей мне сказал, что это как-то связано с Решетовой.

— Да, Прохор… Не хотела тебе говорить… — Вяземская окончательно смутилась.

— Говори как есть. — буквально потребовал Белобородов.

Вяземская вздохнула и начала рассказывать.

— А Лёшка что сказал? — спросила она в конце.

— Что он вообще не при делах, и мы должны разбираться сами. — протянул Прохор. — А Решетова, похоже, тоже пала жертвой Лёшкиного обаяния… Хотя, по сведениям, которые для меня собрали, ветреностью она раньше не отличалась. А даже наоборот, блюла себя. Да… Беда.

— Прохор, говори, что делать. Я помогу. — с готовностью откликнулась Вяземская.

— Спасибо, Вика. — улыбнулся Белобородов. — Если что, обязательно воспользуюсь твоей помощью.

* * *В особняке Юсуповых весь день царила крайне нервозная атмосфера. Князь, заснувший только под утро, встал злым и раздражённым. Попадаться ему на глаза не решались даже старшие родичи. Не улучшилось его настроение и после доклада начальника службы безопасности, который сначала продемонстрировал ему запись с полицейского видеорегистратора, а потом отчитался о настроениях в обществе после ночной выходки Пожарского, чем окончательно вогнал Главу Рода в чёрную меланхолию.

— Надо приносить извинения, папа. — высказала общее мнение жена Наследника. — Пока этот конфликт, слава богу, ещё окрашен в романтические тона, а не перерос во что-то большее. Общество полностью на стороне Пожарского, а нам, чтобы избежать дальнейших осложнений с замужеством Инги, надо попытаться выдать её за этого Пожарского.

Князь, сидевший в кресле с совершенно индифферентным видом, после последних слов невестки поднял на неё тяжёлый мутный взгляд, и рявкнул:

— Вон отсюда!

* * *Помня, что мне сегодня ещё играть на бильярде, пострелял без особого фанатизма, уделяя больше внимания левой руке — она у меня заметно отставала в меткости. Так что когда садился в машину к Прохору, руки, можно сказать, даже и не тряслись.