Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Но когда наступило время их озвучить, слова принялись странным образом вязнуть на языке.

— Я… да. Конечно. Мы… Герман заглянул к нам в магазин, чтобы купить букет.

Глаза интервьюера так и зажглись:

— Для своей девушки?

Видимо, она уже предвкушала, каким украшением материала станет этот неожиданный и пикантный факт. Надо же, Ахматов встретил свою любовь, покупая цветы для своей тогдашней девушки. Но мой муж быстро спустил её с небес на землю.

— Для матери. Но эта покупка была лишь предлогом.

Его слова отозвались тупой болью в области сердца.

— О-о-о-о, так это было манёвром?

— Пожалуй, — и в несколько лаконичных фраз Герман умудрился уместить живую картину нашего с ним знакомства. И между слов сквозила только мне слышная горечь.

— Боже мой, ну до чего же романтично, — вздохнула Юля и сделала какую-то пометку в своей записной книжке.

Оператор не отводила от нас объектив камеры, и я чувствовала себя под прицелом, не могла ни на мгновение позволить себе расслабиться.

Я только сейчас поняла, как я скучала.

Как скучала по нашим редким ленивым вечерам, когда мы могли просто валяться на диване, обсуждая события прошедшего дня или болтать на отвлечённые темы.

Драгоценные мгновения. Бесценные. Потому что таким расслабленным и беззаботным Герман мог быть только со мной.

Он не раз говорил, что даже с семьёй такого умиротворения никогда не ощущал и таким счастливым себя не чувствовал…

— …залог семейного счастья? — почувствовав на себе взгляд интервьюера, я вздрогнула.

Господи, это невыносимо. Я ничего не могла с собой поделать — попросту вывалилась из беседы в свои переживания.

— Простите?..

Я почувствовала, как крепкие пальцы на моей талии ожили, чуть сжав её, будто в немом жесте поддержки. Правда, это скорее я отчаянно фантазировала, выдавая желаемое за действительное.

Юля улыбнулась и терпеливо повторила вопрос:

— В чём секрет крепости вашего брака? Каким вы видите залог семейного счастья?

Самый неподходящий вопрос из всех, какие только можно было придумать…

Я кашлянула и выпрямилась:

— Доверие.