Ярроу

— Приступим, — сказала я. И продолжила пояснять свои действия:

— Данное заболевание называется воспалением отростка слепой кишки, от неё сейчас умирают почти все, если не попробовать её вылечить. Сейчас я делаю разрез в животе, чтобы отрезать эту кишку.

Мои руки четко и быстро повторяли все манипуляции, которые я проговаривала вслух: быстрый разрез ножом, перевязка сосудов, рассечение мышц, беру свои неказистые зажимы, ловлю края брюшины и ими пристегиваю ее к простыням. Раскрываю края раны — червеобразный отросток слепой кишки лежит прямо передо мной.

— Уважаемые коллеги, поздравляю, первый этап пройден. — Я повернула к ним голову и не сразу поняла, в чем дело: все трое смотрели на аккуратную повязку на животе девочки с открытыми ртами и стеклянными глазами.

— Уважаемые, забираем ребёнка в палату! Еще не лето, она замёрзнет. — И только после слов о том, что ребенок может замерзнуть, все одновременно подорвались к операционному столу, толкаясь и бестолково суетясь. Бардак.

— Так, стоп! Уважаемый Али, возьмите малышку, отнесите её в палату. Там должны были уже подготовить для нее чистую койку. А я скоро подойду. Нужно успокоить родителей. А вы, уважаемые лекки, пойдёмте со мной.

— Уважаемые, операция прошла успешно. Но судить о её результатах еще рано. Эта ночь и завтрашний день будут решающими. Если не поднимется жар, если, в общем здесь много если. Молитесь, мы все будем молиться, чтобы всё закончилось хорошо.

Мама малышки облегченно заплакала, кажется после слов «операция прошла успешно» она меня уже не слушала.

— Можно эту ночь мы будем рядом с ней?

— Я сама буду следить за ней этой ночью. А вот завтра весь день можете быть с ней неотлучно, — ответила я и устало побрела в сторону Лечебницы, сзади меня шли лекки, так же медленно как я и даже слегка пошатываясь. На подходе к зданию они немного пришли в себя и одновременно спросили:

— Лекка Ярроу, что это было?!

— Это невозможно, как ккак КАК вы это сделали?! — заломила руки лекка Тильда.