Я уже барон (СИ)

Попивая теплый чай с баранками, он изучал очередной отчет своих подчиненных.

Хлопот в последнее время стало очень много. Расследование смерти одного из агентов под кодовым номером тридцать два. Прорыв в КИИМ, куда только недавно поступила его дочка. Так еще и Сережа Есенин беспокоил.

Да, они были старыми друзьями, но это была одна из тех крепких связей, когда можно годами не общаться, но все равно оставаться лучшими друзьями. А тут князь что-то зачастил.

На счет дочери он не волновался. Все документы, которые он отправил вместе с ней, были сделаны так, что даже высшие чины канцелярии не раскусят ее легенду.

Ну вот, опять он отвлекся от работы, задумавшись обо всем и ни о чем! Это была его слабость, за которую частенько приходилось отдуваться работникам.

Юрий Станиславович сдавал отчеты напрямую Императору, из рук в руки. Он был одним из немногих, кого допускали к монарху напрямую. А также ему позволялось и самому заявляться, если случалось нечто безотлагательное.

Людей из ОМЗ очень ценили и в тоже время боялись.

В этот раз его размышления прервал стук в дверь. Юрий Станиславович встряхнул головой, собираясь с мыслями.

— Входи, Прохор, — спокойно сказал он, откладывая в сторону надоевшие бумаги.

— Добрый день, Юрий Станиславович. — В дверь протиснулась голова работника оперативного отдела внутренних расследований. — Разрешите?

— Входи, — махнул начальник рукой. — Чайку?

— Я бы и рад, Юрий Станиславович, да только работа…

— Прошка! — погрозил пальцем Юрий Станиславович.

Здоровенный парень улыбнулся и сел напротив.

Начальник ОМЗ всплеснул руками и задвигал пальцами, словно играя на невидимой скрипке, и через несколько секунд на столе выросла еще одна чашка чая и парочка пряников.

— Давай быстренько про работу, а потом поболтаем, — подсел поближе начальник.

— Хорошо, Юрий Станиславович, — сказал Прохор и открыл папку. — По поводу тридцать второго. Мы внедрили служанку к Бердышевым.

— Больше ничего о нем неизвестно? Я про незнакомца.

— Этого типа Бердышевы нашли на своей лесной территории, буквально за пару дней до инцидента. Просто человек с улицы…

— С улицы, говоришь? — задумался Юрий Станиславович.