Главные роли (сборник)

Марина раскладывала на тарелке зелень и следила за Машкой – та возилась в песочнице. Миша жарил на мангале мясо. Наташка с книжкой лежала в гамаке. Вдруг она вскочила и бросилась к кустам у забора. Марина слетела по ступенькам за ней. Наташку выворачивало наизнанку.

– Залетела! – ужаснулась Марина.

Потом, когда дочь умылась, она уложила ее в комнате на тахту, прикрыла теплым пледом и принесла горячего чаю с лимоном.

«Вот и славно! – подумала Марина. – Теперь он точно никуда не денется, все-таки двое детей. Черт с ним, надо помочь этому дураку с работой, а то совсем присосется к бутылке и безделью».

– Будешь рожать? – ласково спросила у дочери Марина.

Наташка всхлипнула и кивнула.

– Вот и славно, вот и хорошо, – приговаривала Марина, гладя бледную дочь по голове.

– Нет, мам, нехорошо, – помолчав, тихо сказала Наташка.

– Да ладно, все утрясется, и Миша устроится, и будет в доме лад и покой, – убаюкивала дочь Марина.

– Нет, мам, не утрясется. Потому, что все не так, мам. Все гораздо хуже.

Господи – у Марины остановилось сердце.

– Что ты, доченька, что же тут страшного? Ну, у всех бывает – поссорились-помирились, проблемы, трудности, со всем справимся. Мне-то ты веришь? – горячо шептала Марина.

– Ох, мама, что я наделала! – Наташка села на кровати и схватила Маринину руку.

– Все не так, мам! Я влюбилась! Понимаешь? И от Миши я ухожу. И ребенок этот не от него, а от другого человека.

– Ты что? С ума сошла, какого человека? – не поняла ошарашенная Марина. – А Миша знает? Что ты такое несешь, Наташка? – Марина не могла прийти в себя.

– Да, мам, я сошла с ума. По-другому и не скажешь. Я полюбила, мам, первый раз полюбила, понимаешь? А мне уже тридцать лет. И это так в первый раз, понимаешь? С Мишей у нас, ну, ты же знаешь, мы были как брат с сестрой, как родственники, что ли. А здесь все по-другому, я и не знала, что такое бывает.

– Ну и кто он? – спросила Марина.

– Его зовут Аркадий, он преподает историю в нашей гимназии. Мам, ну прости меня, пожалуйста!

– За что простить, Господи, о чем ты, Наташа? – сказала Марина.

– Только мне Мишу очень жаль, мам, у него и так сейчас все хуже некуда. Такой жуткий период. А тут еще я.