Ее тайна

Соберёшь необходимые вещи…

– Мне грозит срок? – с отчаяньем в голосе спрашиваю я, перебив его. – Но ведь это они напоили нас с подругой какой-то дрянью! Я же не просто так ударила его!

– Да? – усмехается Асадов. – На будущее: когда идёшь в клуб развлекаться, всегда нужно думать о последствиях. Самооборона – это хорошо, Наташа. Но теперь у тебя серьёзные проблемы. По своим каналам я попробую уладить этот вопрос, а пока поживёшь у меня.

Динар старше меня почти вдвое. Не представляю, как буду жить с этим мужчиной под одной крышей.

Асадов встаёт с кресла и отходит к столу. Наливает в стакан тёмную жидкость и осушает его одним глотком, не сводя с меня чёрных глаз.

А что, если попытаться договориться с ним по-хорошему? Ну зачем ему эти трудности и посторонний человек в доме? Всё же можно решить иначе?

– Динар, мне жаль, что я испортила ваш вечер…

– Мой вечер ты не испортила, Наташа. А вот свою жизнь незаслуженной судимостью – вполне можешь.

Ринат появляется в комнате спустя пять минут. Подходит к Асадову и передаёт ему какие-то бумаги и свёрток.

– Сейчас обе сдадите анализы в больнице и расходитесь по домам, – произносит Асадов. – Поговорим обо всём утром. Твой телефон и клатч верну тебе завтра. У меня всё.

Он отворачивается от меня и отходит к дивану.

Ноги не слушаются, но я иду на выход и кривлю губы в еле сдерживаемой усмешке. Ну что, погуляла Наташа? Ведь как чувствовала, что ничем хорошим этот поход в клуб не закончится. И что я теперь скажу Илье, когда он вернётся из Чехии?

3 глава

Динар

– Ринат, глаз с неё не спускай.

Едва сдерживаю гнев и злость, которые бурлят внутри подобно раскалённой лаве. Добить бы сосунка Лазарева, чтобы у него мозги встали на место, и он на всю жизнь усвоил урок: когда девочка просит не трогать её и хочет уйти, надо сделать так, как она хочет. Неужели мало доступных девок в его окружении? Хотя чего ждать от сына ублюдка, который и сам не раз отмазывался от подобных грязных историй? Хорошо, что Наташа не растерялась, а смогла постоять за себя.

"Я шумно вздыхаю и подхожу к столу. Беру зажигалку со стола с сигаретами и прикуриваю. Сестра Максима как-то быстро повзрослела. Это был уже не первый раз, когда я вызволял её из передряг. Но этот стал последней каплей в переполнившейся чаше моего терпения.