Двойня для босса. Стерильные чувства

Но он с заметным облегчением отпускает детей, позволяя им подскочить ближе ко мне и прижаться в поисках защиты. Глажу Вику и Витю по макушкам, а сама не свожу взгляда с бывшего.

— Глеб, какое ты имел право их забирать? — опустив ненужные приветствия, фыркаю я.

Теперь, когда кнопочки со мной, в безопасности, я смело выпускаю свою внутреннюю тигрицу. Вместе с детьми отхожу к подсобным помещениям, скрываясь от посторонних глаз в полумраке.

Бывший следует за мной, приближается и, кажется, хочет обнять.

Словно испугавшись своих действий, я пячусь назад, прикрывая собою малышей.

— Да брось, Алисонька, ты чего? — Глеб изображает нежность и участие, хотя в глазах вспыхивает опасное пламя. — Настрополила всех против меня. Мелкие шугаются, — кивает за мою спину, где переминаются с ноги на ногу дети. — Еле убедил их, пообещал к тебе отвезти сразу. А то стояли статуями, будто видят меня впервые.

"Смотрю на него с открытым пренебрежением: не удивлена ни капли, что он нашел «общий язык» с молоденькой воспитательницей. Бывшей воспитательницей! Потому что такого наплевательского отношения к детям, да и к своим обязанностям, я ей не прощу!

— Если подобное повторится, я заявлю на тебя в полицию, Глеб, — серьезно выдаю я, пока его лицо вытягивается от шока.

— Такова твоя плата за то, что помочь хочу? — раздраженно бросает, но тут же справляется с эмоциями. — Я ведь не сделал ничего предосудительного. Детей встретил, за тобой приехал.

Говорит Глеб складно, однако есть нечто неуловимое в его поступках.

— Посидели бы в кафе, отдохнули, — продолжает бывший. — Заехали бы потом с родителями моими поздоровались: они как раз вечером прилетают, — выдает очередную дозу информации, как бы между прочим.

— Поздравляю, — прыскаю вперемешку с ядом, но внезапно на меня снисходит озарение. — Ты не сказал родителям, что мы в разводе? А детей… выдал за своих? — ахаю я.