Два сына для сурового папы

 — Ясь, ты как? — интересуется у меня. — Выглядишь не очень, — произносит с сочувствием. — Скажи, я могу тебе хоть как-то помочь?

— Если честно, Свет, то даже не знаю, — вздыхаю печально. — У меня очень большое проблемы и я, если честно, то не знаю как быть.

— Поделишься? — спрашивает с беспокойством. — Ты ведь знаешь, я смогу вытащить тебя из беды. Даже если не получится у меня, то подключим Матвея, Рафа. Марата в конце концов могу попросить! — произносит с жаром.

— Не надо Марата! — вылетает из меня до того, как успеваю подумать.

— Ясь, почему? — впивается взглядом. — Он хороший, надёжный мужик. И между прочим, хочет семью.

— Нет, — отрезаю резко. В груди зреет паника, в голосе прослеживаются истеричные нотки. — Кого угодно, но только не его!

— Зря ты так, — продолжает спокойным уравновешенным тоном. А у меня от ее слов в душе ураган.

— Поверь, не зря, — произношу с горькой усмешкой. — Если он узнает правду, то она нас уничтожит. Обоих. И его, и меня.

Света смотрит на меня не моргая. Щурится. Я буквально вижу, как в голове подруги складывается воедино весь пазл.

— Ты хочешь сказать, что он… — шепчет бледнея. На лице Светы застыл полнейший шок."

"— Да! — психую. — Представляешь? Он тот, от кого я скрывалась все это время! — взрываюсь. — Я даже не представляю, как буду Вадима и Вику теперь забирать. Он же не отдаст мне ребенка!

— Если это его дети, то он не позволит тебе спрятаться. Марат будет принимать активное участие в их воспитании.

— Я не буду отвечать на этот вопрос! — внутри все пылает. Мне страшно. Настолько страшно, что я еле держусь на ногах.

— Почему же? — сбоку от нас раздается до боли знакомый голос. — Я тоже хочу узнать правду. — поворачиваю голову в сторону и глазами встречаюсь с Маратом. В его взгляде пылает огонь.

— Это мои дети, Ярослава? — напирает. Теряюсь. — Отвечай!

— Мамочка, это наш папа? — Леша в восторге смотрит на меня.

Глава 16

Глава 16

Яся

— Марат, я не собираюсь устраивать здесь разборки, — через силу выдавливаю из себя.

— Поверь мне, тебе лучше сейчас признаться, — рычит сквозь стиснутые зубы.

— А то, что? — смотрю на него с вызовом.