Два сына для сурового папы

За считанные секунды сбрасываю с себя обувь и прямо в одежде с разбега ныряю в воду. Пара мощных гребков и я настигаю мальчишку. Подхватываю его на руки, гребу назад.

— Тор, он жив? — кричит от края бассейна Раф.

— Без понятия! — отвечаю ему сжав зубы.

Больше у меня ничего не спрашивают, а я не смотрю на парней.

Выгребаю на берег, кладу на плитку мальчишку. Проверю дыхание.

Ничего.

Твою ж мать!

— Детей уберите отсюда! — рявкаю. Но лишь потом до меня доходит, что за спиной и так никого нет.

— Давай помогу, — рядом со мной раздается голос друга.

"Илларионов не говоря ни слова пристраивается рядом. Не сговариваясь друг с другом мы одномоментно начинаем откачивать малыша.

— Я “скорую” вызвал, — к нам подходит взволнованный Раф. — Они скоро будут, — встает рядом. — Могу чем-то помочь?

— Нет! — быстро отвечаю я.

— Следи, чтобы дети ничего не увидели, — произносит Мэт отвлекаясь на долю секунды и снова возвращается ко мне.

Искусственное дыхание, непрямой массаж сердца и полная сосредоточенность.

— Давай! — рычу сквозь стиснутые зубы. — Дыши! — прошу малыша.

Чем больше проходит времени, тем меньше у нас шансов. Если он не очнется в ближайшие минуты, то все. Конец.

Гоню прочь дурные мысли. Все будет хорошо! Иной вариант даже не рассматриваю.

— Ты боец! — Раз. Два. Три. Вдох. — Дыши! — рычу с отчаянием. Малыш, если б я только мог, то сам начал дышать за тебя.

— Дддавай! — сквозь стиснутые зубы произносит Матвей, он продолжает делать массаж.

Встречаюсь с другом глазами. Отчаяние наполняет взгляд.

— Он не может умереть, — говорит Мэт.

— Он не умрет! Мы ему не позволим! — заверяю друга и продолжаю откачивать ребенка.

Разумом понимаю, что прошло не больше минуты. Мы с Мэтом слаженно действуем, правильно. Но, зараза, почему малыш не приходит в себя?!

Вдох. Массаж. Снова вдох и сначала. Не отвлекаясь. Не прекращая. Раз. И еще раз.

Время утекает словно песок сквозь пальцы.

Еще немного и мальчишку будет не спасти. Все сделанное окажется напрасным. Вот она, суровая и жестокая жизнь.

— Дыши! — заклинаю его. — Выплевывай воду! — продолжаю нещадно откачивать малыша. Мэт молчит. Он продолжает реанимационные действия крепко сжав зубы. Понимает, о чудовищности последствий, которые могут быть.

Кашель и бульканье воды раздаются тогда, когда мы с другом уже отчаялись совершенно.