Девочка Шаха

 — не в первый раз они отвисают у меня. Я как бы им и не запрещал. Они взрослые мужики, хотя порой и ведут себя, как идиоты.

— Лера видела, что мы веселимся… — замялся Тигр.

— Что она видела?! — напрягся я в ожидании ответа. — Тигр?..

— Телок, Шах.

— И вы забыли сказать, что меня нет на хате? — по его голосу я догадался, о чем он хочет предупредить, но на всякий случай уточнил.

— Ага, — я чувствовал, что он сдерживает улыбку, а вот мне совсем не было весело. — Не кипятись, — уловил он мое настроение. — Я даже не подумал, позже вспомнил, что ты ей не сообщил о своем отъезде.

— Тигр, готовься. — у него самые нестабильные показатели на ринге, я и так, хотел дополнительно с ним позаниматься, а тут он напросился. Чтобы в следующий раз женские феромоны ему мозги не вышибали!

Проезжая бескрайние равнины я наблюдал за тем, как рассвет сменяет ночь. Первые лучи солнца приносили тихое умиротворение. Долгие часы в дороге мне было о чем подумать. Как бы я не злился на Леру, причинить ей боль или специально обидеть не смогу.

Остыв, я кое-что осознал. Передо мной открывались прекрасные перспективы и возможности… Лера еще девочка, даже несмотря на то, что ей двадцать. Ждать от нее взрослых поступков не стоит, все придет с опытом. Понятно, что в кровать я ее сходу не потащу, но несколько недель или даже пара месяцев, это не два года! Пора заканчивать этот детский сад — она убегает, я догоняю. Хочет ухаживаний? Будут! Не стану торопить и давить, как бы сложно мне не давалось воздержание.

Вернувшись в Москву, я не заехал домой, сразу отправился в институт. Не выспавшийся, уставший, голодный и весь в пыли. Настоящий мужик! Я не успел открыть водительскую дверь внедорожника и выйти, когда на входе появились Череп, Кирпич и Костя, по кличке Кастет. Они сели в машину и уехали.

«Что они здесь делали?» — выходя из машины, подумал я.

Я отлично знал здание, в котором сидят экономисты-международники.

— Можно Валерию Ланскую?

— Она в другой группе, — крикнул кто-то из студентов.

— В какой?

— В «Б», по-моему.

Постучал в следующий кабинет, приоткрыл дверь, хотел извиниться, но увидев Марию Федоровну, улыбнулся.