Девочка Шаха

— Присаживайся, — забрав сумку, он повесил ее на свой стул, а папку кинул на стол.

За огромными мониторами легко можно было спрятаться, а шум работающей техники заглушал перешёптывания однокурсников. Все делали вид, что внимательно слушаем, но и преподаватель и студенты знали, что это не так.

Кто-то задал Ивану Семеновичу вопрос, тот принялся объяснять. Антон сползал со стула вниз, наклонился низко над столом, взглядом пригласил и меня спрятаться за монитором компьютера.

— Ты молодец. По делу все сказала, но можно было так не стараться.

Ирка не авторитет. Она пытается выделиться и подмять под себя бабскую часть курса, но за три года ей это сделать не удалось. — почти в ухо шептал мне Антон. Теплое дыхание щекотало кожу, меня это смущало, но лицо я не отводила. — Она тебя еще не раз цеплять будет, ты тише реагируй.

«Теперь она постарается заслужить авторитет, унижая и цепляя меня?» — подумала я.

Наверное, меня все-таки задели слова Сорокиной, я даже не заметила, что говорила эмоционально. На миг возникло желание узнать, а кто собственно на курсе лидер, но вовремя прикусила язык.

Я не должна впутывать в это Дему. Сама во всем разберусь.

— Спасибо. — чуть повернув к нему лицо, прошептала почти в губы. Наше дыхание столкнулось в воздухе, поймав аромат ягодной жвачки, я отвела лицо. Словесно Антон никак не отреагировал на нашу близость, хотя я готова была услышать какую-нибудь шуточку но взгляд его изменился.

— Дема? — тихо окрикнул Антона парень, сидящий за нами. — Ты что с ней мутить собрался?

Я не знала, стоит ли вмешиваться.

А Антон не спешил отвечать. Выпрямившись на стуле, он делал вид, что слушает преподавателя. На его лице медленно расцветала нагловатая ухмылка. Интересно, что он задумал?

— Арлекин, с какой целью интересуешься? — не оборачиваясь, задал он вопрос.

— Да… просто так, — прозвучало с задней парты.

— Напомнить тебе, что не делается просто так? — я села прямо, взяла в руки ручку, отступила полстаницы в тетради и стала записывать лекцию.

— А если я захочу с ней лавстори замутить?

— Рылом не вышел, — зло, насмешливо произнес Дема.

С соседних парт послышался смех. Обернуться жуть как тянуло, но я изображала глухонемую. На каком-то интуитивном уроне понимала, что не стоит вмешиваться. Внутри все кипит, нервы натянуты до предела. Как бы Антон не пытался выглядеть расслабленным, пальцы, сжимавшие шариковую ручку, побелели. Кто этот Арлекин?

— Ланская, а ты еще целка? — холодный надменный голос, словно лезвие резанул прямо возле уха.