Чехов. Книга 12. Танец со смертью

К слову, с кем имею честь беседовать?

Она прищурилась, ожидая ответа, и я представился:

— Меня зовут Павел Филиппович Чехов.

Женщина просияла и закивала:

— Народный адвокат, некромант и просто хороший человек. Слухи о вас ходят самые что ни есть волшебные.

— Очень надеюсь, что это шутка, — вздохнул я.

— Одни говорят, что вы воскресили юную княжну в святом месте, где жрецы собирались ее похоронить.

— Враки это, — я решительно мотнул головой. — Ни за что бы слуги Искупителя не стали бы хоронить живую девицу. А я просто удачно очутился рядом, когда она проснулась.

— А еще говорят, что вы мертвых водите давать показания.

— Было всего разок, — вынужден был признаться я. — Но ситуация требовала такого решения. Был бы у меня выбор, я бы никогда не стал тревожить мертвых ради такого действа.

— А правда, что вы изгнали беса из одной бабы, которая держала в страхе центральное отделение почты?

— Искупитель с вами? Ну какие бесы? В ней был призрак, который мучил несчастную и через нее окружающих.

— Слышала я, что вы летать умеете.

— Вы кажетесь мне разумной женщиной, — улыбнулся я. — Неужто вы и впрямь считаете, что кто-то вроде меня может вознестись над землей?"

"— Вроде вас? — удивленно дернула бровью женщина.

— Темный, некромант, — терпеливо пояснил я.

— Молодой человек, я пожила достаточно, чтобы понимать: свет вовсе не означает святость. Порой в полдень, когда совсем нет тени, мир становится черным. А иногда ночь кажется белее снега.

— Это чего же?

— Вы ушли от ответа, но не стали мне лгать. Спасибо, что не считаете меня глупой.

Я пожал плечами, потому как не знал, что ответить

— О вас ходит много сказок, Павел Филиппович. Не думала, что мне доведется встретиться с вами вживую. Рада познакомиться. А я Ольга Савельева.

Она немного помолчала, рассматривая меня, а затем продолжила:

— Выходит, я ошиблась, и вы не дом покупать приехали. Неужели пропавшего Чернова, наконец, признали умершим, и наследники начали делить его имущество? Тогда передайте своим доверителям, мастер Чехов, что этот дом не годится даже на продажу.

— Я готов потратить время на хорошую беседу, — возразил я.

— Хорошей не обещаю. Я не лучший рассказчик, мастер Чехов.