Чехов 7. Императорская охота

Он ударил по столу пятерней и воцарилась тишина:

— В прошлый раз Филипп Петрович Чехов заявил о вызове свидетелей, — начал Император. — Госпожа Кошка, Господин Палач.

Он замялся, взял со стола лист, и прочитал:

— Госпожа Лиса. Начнем с госпожи Кошки.

Мне показалось, что Станислав Викторович приосанился и с интересом посмотрел на вход, закрытый пологом.

Стоявший там слуга склонил голову и вышел из шатра. Вернулся он через минуту, в сопровождении девушки, лицо которой было скрыто под знакомой маской.

— Проходите, — Император добродушно улыбнулся и указал на трибуну, установленную рядом с креслом во главе стола.

— Благодарю.

Девушка в свободном сером платье прошла к трибуне, заняла место за ней и застыла, глядя на присутствующих. И я заметил, что действия девушки были какими-то заторможенными. А глаза в прорезях маски казались замутненными.

— Вы были на вечере в доме Голицыных? — обернувшись к ней, начал Филипп Петрович.

— Да, — ответила Кошка.

— Помните, что произошло на приеме?

— Мы с господином Смерть прогуливались по павильонам, когда встретились с господином Медведем, который был в сопровождении нескольких Волков.

На лбу старшего Минина запульсировала жилка. Глава семьи так плотно стиснул зубы, что мне показалось, они вот-вот начнут крошиться.

— И что было дальше? — полюбопытствовал отец.

— В сад вышел Господин Палач, который поинтересовался, что здесь происходит. Волки начали дерзить ему и советовать не лезть не в свое дело. Они заявили, что я нанесла оскорбление Господину Медведю.

Император с улыбкой покачал головой.

— Но Господин Палач вежливо попросил Волков извиниться, — продолжила Кошка. — Несколько раз.

— И они извинились? — уточнил Император.

— Да.

— Один раз?

— Несколько. Пока Господин Смерть не оказался доволен.

За столом послышались приглушенные смешки. И я понял, что хозяин резиденции специально провоцирует семью Мининых, ставя их в неловкое положение. И его манипуляции имели успех. Все, кто собрались за столом со стороны Мининых, сверлили стоявшую за трибуной Кошку полными ненависти взглядами.

— Спасибо, госпожа Кошка, — произнёс наконец отец.

— У семьи Мининых есть вопросы? — уточнил Станислав Викторович.

— Нет, Великий мастер, — ответил старший из Мининых.