Без права на любовь

Ведь что получается? Еще вчера он с трудом мог пошевелиться, а сегодня не только самостоятельно добрался до кухни, но и разгромил кладовку. Чудеса, да и только!"

"— Олонт, извини, что напугал. За беспорядок тоже извини… Ты не мог бы мне что-нибудь приготовить?

Несмотря на то что виконт опустошил половину кладовки, он все еще сильно хотел есть…

После плотного завтрака Шейран поднялся к себе и быстро ополоснулся. Странное дело, он чувствовал себя полностью здоровым. Ни следа слабости, отсутствие каких-либо неприятных ощущений, полная подвижность тела — будто не было повреждения позвоночника и сломанных ребер.

Не было ни малейших сомнений, кого следовало благодарить за столь быстрое выздоровление. Конечно, усиленная регенерация и уишское зелье сыграли свою роль, но если бы не Алана, виконт провалялся бы в кровати значительно дольше.

Небо над крышами только начинало светлеть. Еще было слишком рано для визитов, но Шейран не хотел ждать.

По центру кровати свернулась клубочком маленькая фигурка. У Аланы не нашлось сил, чтобы раздеться или хотя бы залезть под одеяло. Кожа мернианки пугала нездоровой бледностью.

Виконт снял с ее ног домашние туфли, ослабил тугой ворот платья, укрыл покрывалом.

Затем подошел к окну и замер, заложив руки за спину.

Вчерашний день прошел тихо, никто особняк не посещал, не интересовался здоровьем бывшего императорского порученца. Разумеется, про него не забыли, просто у заговорщиков хватало неотложных и гораздо более важных дел. Да и к чему беспокойство, если противник слаб и одинок?.. Вся армия виконта состояла из трех женщин: пожилой экономки, жены друга и юной травницы. Ни одну из этих женщин он не хотел еще больше вовлекать в происходящее, и без того их жизни висели на волоске.

Пока никто, кроме повара, не знал, что Шейран выздоровел, но он понятия не имел, как этим преимуществом воспользоваться. В городе не осталось ни одного человека, которому бы он целиком и полностью доверял. Одни уехали, другие томились в застенках, третьи оказались на кладбище… Были и те, кто предпочел встать на сторону императрицы.

Можно было попытаться сбежать.