Антигерой

— Давай, что ли, сфокаемся? — предлагает он мне. Я бы с радостью, моя подруга душу продаст за это фото. Она реально помешана на Моте. Я от нее и узнала про этого парня. — Давай телефон.

— У меня нет… — развожу руками. Парень удивленно приподнимает брови.

— Север, купи девочке телефон, не позорься, — подкалывает Глеба.

Север, значит. Интересно.

— У тебя забыл спросить. Иди, тебя друзья ждут, — отсылает парня.

— Все, все, смываюсь, — усмехается Мот, поднимаясь с кресла. — А то тебя от ревности инсульт стукнет.

Глеб оскаливается, а Моту все равно. Он хлопает Глеба по плечу и удаляется к друзьям.

— Удовлетворена знакомством со звездой?

Такой нервный мужчина.

— Не ревнуй, ты мне нравишься больше, — допиваю свой коктейль, закидывая в рот кусочек сыра. — А твоя ревность заводит.

— Заводит, говоришь… — качает головой. — Очень заводит, поехали, пока я окончательно не сорвался. Нагулялись, — кидает на стол деньги и поднимается с места. Подает мне руку, поднимает с кресла и быстро ведет на выход.

Ух! Немного страшно, но заводит. Все-таки его холодность — это маска, которая сейчас плывет. Непонятно, зачем он периодически закрывается.

Глава 19

Глеб"

"Я не должен ревновать, мне должно быть плевать, на кого пускает слюни девочка. Но, мать ее, я ревную! И к кому? К сопляку, который играет роль крутого хрена, соблазняя школьниц. К собственному брату. Мне должно быть плевать, но выходит наоборот. Меня выворачивает наизнанку от дикой, необузданной ревности. Словно Мот прикоснулся к тому, что принадлежит мне.

К чему-то очень личному, что могу трогать только я. Нет, я всегда был эгоистичным собственником. Но только если женщина принадлежала мне. Не хотел ее присваивать…

Да я много чего не хотел.

Не хотел спасать. Не хотел заботиться. Не хотел прикасаться. Не хотел отнимать невинность.

Черт побери, я всего этого не хотел!

Но самое главное — я не хотел ничего чувствовать!

Даже не представляю, к чему все это нас приведет.

Хочется покричать и побиться головой о стену.

Скоро все закончится, наши дороги разойдутся. И нет каких шансов, что мы будем вместе. Даже на гребаное чудо нельзя надеяться. Оно нам не поможет.

Агрессивно веду машину, подрезая, нарушая правила, и снова не смотрю в сторону девочки. Не могу. Хочу всегда ее держать в поле видимости, но не могу. А точнее, не хочу! Потому что все больше и больше вязну в ней. Очень глубоко. Мне, мать ее, мало уже просто трогать, трахать, развращать и играть.