Американ Босс

— Ни-ку руками не трогать, — объявляет шеф, едва мы входим в ВИП-зону, где по царски накрыт фуршет, а на диванах кучкуются мои верные гномы Стас, Эдик, Сева и еще один парень, который по утрам приносит мне кофе. — Оштрафую.

Щека вдруг начинает зудеть, а глаз слезиться, и скосив глаза, я понимаю почему: на диване справа, сверкая блеском для губ и трусами, на меня зло глазеет Алена Семенович. Рассчитывала на тестостеронововую монополию, ревнивица? Ну соррян.

— Что будешь пить, Ни-ка? — Кэп склоняется надо мной, задевая мою руку плечом, и я машинально отшатываюсь в сторону.

Моя субботняя концепция отдыха не подразумевает стопроцентную трезвость, но я хочу дождаться Глеба. Вряд ли ему будет приятно, если его девушка встретит его с ошалевшими от текилы глазами и ядовитым амбре, а потому скромно отвечаю:

— Я буду сок.

Брови Максима удивленно ползует вверх, но он, тем не менее, делает знак к щуплому задохлику в белой рубашке с бабочкой и сообщает:

— Один свежевыжатый сок.

Я машинально втягиваю носом воздух, и прежде чем успеваю подумать, рот сам произносит:

— Грейпфрутовый.

Получив свою дозу цитрусового наваждения с торчащей из него соломинкой, оставляю Максима разговаривать с приставучим парнем из технического, и, подойдя к перилам, опускаю взгляд на танцпол. Вертлявая обезьянка во мне просит немедленных плясок, но если я сейчас уйду, то Глеб не сможет меня найти.

Ругая себя за непредусмотрительность, оглядываю критические семь процентов батареи и набираю Глебу.

— Малыш, я приехал домой и меня срубило от усталости… — звучит в трубке заспанный голос. — Я точно тебе нужен?

Я успеваю повесить трубку до того, как ударная волна моего гнева разнесет к чертям сотовые вышки МТС и разорвет барабанные перепонки Глеба.

Резко обернувшись, окидываю взглядом стол в поисках бодрящего спиртного, и, уткнувшись в изучающий взгляд Кэпа, отталкиваюсь от перил и направляюсь к нему:

— Думаю, я созрела, чтобы выпить, босс.

— Выглядишь решительно, Бэмби. Чего изволишь?

— Текилу.

Кэп услужливо наполняет рюмку пахучей жидкостью, и я, не дожидаясь традиционных снэков в виде соли и лайма, опрокидываю ее в себя.