Американ Босс

Я могу часами болтать о самой несущественной ерунде, начиная от того, что я ела на завтрак и заканчивая тем, как хорошо выглядит Риз Уизерспун в сериале Большая маленькая ложь, а Глеб стоически выносит эти разговоры.

— Как проходит твоя стажировка, малыш? — ласково спрашивает Глеб, после того как вы заказываем два больших континентальных завтрака и две чашки капучино. — Справляешь с аналитикой?

Разумеется, я справляюсь. Мне вообще учеба легко дается — с заумными генами моей мамы по-другому и быть не могло. Мне бы еще усидчивости и дисциплины, как у Глеба — стала бы лучшей студенткой на потоке.

Вот только и с первым и со вторым у меня проблемы: ну не могу я часами над конспектами корпеть, да и зубрежка — это не мое. Наверное, потому я так и восхищаюсь его выдержкой: поставил цель поступить в аспирантуру и четко идет к ней, не отклоняясь от курса. Меня же вечно что-нибудь отвлекает: то Леся в клуб потащит, а я не смогу отказать, потому что танцы — это моя слабость, то третий сезон Настоящего детектива выйдет, и я перед ноутбуком залипну, то жапанист Акунин про Эраста Петровича очередную книгу напишет, и я заново начну все Азазели с Левиафанами перечитывать. Другими словами, ум Ники Ивлеевой — мутен и неусидчив.

— Со стажировкой порядок. — отмахиваюсь беспечно. — Кстати, о ней. Сегодня вечером мой новый шеф корпоратив собирает в клубе на Столешниковском. Я уточнила — можно прийти парами. — Я и, правда, спросила об этом у моего верноподданного Стаса, и он с кислой миной сообщил, что вряд ли кто-то будет против, если я приду со своим парнем.

Так что я планирую весело провести время с Глебасей и заодно подстрелю долговязого мышцатого зайца, насмехающегося над несерьезностью наших отношений.

— Никусь, малыш, — лицо Глеба страдальчески кривится, и он тянет руку через весь стол с явным намерением меня успокоить. Плохой знак. — Ты же знаешь, не люблю я все эти клубы. Может, сходишь одна?

Дракониха во мне полыхает огнем и машет крыльями от того, что Глеб хочет лишить меня законного выходного вместе, но после того, как я раз пять широко раздуваю ноздри, мне удается обуздать гнев и сказать спокойно:

— Там будет человек пятнадцать здоровых парней и всего две девушки, включая меня.

Ты уверен, что хочешь, чтобы я пошла туда одна?

Еще одно положительное качество Глеба: он на сто процентов мне доверяет, а потому совершенно не ревнует. Ревнивым был Витя, который меня даже к книжному Фандорину и киношной заднице Кэпа ревновал.