1000 не одна ложь

На глаза наворачивались слезы… А ведь твоя дочь, Аднан, так и не познала твоей любви и нежности. Я была уверена, что он бы ее любил. Знала и все… Но моей малышке не суждено познать его отцовские чувства, для него она навсегда останется чужой. Если не случится чуда… Я молилась об этом чуде каждую ночь.

* * *— Мяць. Мяциииииик, — закричал Джамаль, когда я сильно бросила мяч, и тот перелетел через сетку на заднем дворе и покатился к зданию с зарешеченными окнами.

Джамаль побежал за мячиком, споткнулся и упал.

Громко заплакал, и я бросилась к нему, подняла на руки.

— Где болит? Где болит у моего маленького мальчика?

Он показал мне содранную ладошку, и я прижалась к ней губами.

— От поцелуя все проходит. От поцелуев ничего никогда больше не болит, потому что они лечебные.

Он подставил мне другую ладошку, и я ее тоже поцеловала. Улыбнулся сквозь слезы, и зеленые глазенки засияли, подставил мне щечку, лобик, губки, сложив их бантиком.

— Ах ты ж хитрец. Все болит? Да?

Закивал быстро-быстро и обхватил мое лицо ручками, приблизил свое к моему и потерся щекой о мою щеку.

Я обняла его и прижала к себе, и в этот момент заметила чью-то тень. Резко подняла голову и увидела Аднана. Вздрогнула и сердце тут же застучало прямо в горле, а мне показалось, что я с огромной высоты лечу в пропасть.

— Мужчины никогда не плачут, Джамаль. Но если это был способ вырвать поцелуи, то все методы хороши.

И рассмеялся. Мальчик обернулся к нему и тут же прижался ко мне еще сильнее. А у меня дух захватило от дикой красоты его отца.

Каждый раз это случалось — оцепенение при виде его светлых глаз, очень темной кожи и правильных черт лица. Особенно этот контраст было видно, когда он в белом. Я опустила Джамаля на песок, но он обхватил руками мои ноги и поглядывал на Аднана снизу вверх.

— Смотри, что я привез тебе, сын, — достал из пакета игрушечный меч и повертел на солнце, а потом протянул мальчику. Джамаль тут же оторвался от меня и, подбежав к отцу, схватил оружие.

Аднан раскатисто захохотал.

— Мооооой. Мой сын. Оружие и женщины, да, Джамаль ибн Аднан ибн Кадир?

Малыш забавно махал игрушкой, делая какие-то смешные выпады вперед, словно убивая невидимого врага. А Аднан подошел ко мне и протянул маленькую бархатную коробочку.

— Я давно не дарил тебе подарков.

Я коробочку не взяла, а он нахмурился и поднял мое лицо за подбородок.

— Бери. Я хочу, чтоб ты это надела.

— Зачем? Ни один подарок не заменит мне свободы.