На грани развода. Вернуть любовь

Сегодня у меня просто нет сил для серьезных разговоров.

– Хорошо, – с облегчением соглашаюсь я. – Я тогда позвоню тебе. Есть кое-что…

– Дядя Глеб, привет! – обрывает меня на полуслове знакомый детский голосок.

Я перевожу шокированный взгляд вниз, на появившегося из ниоткуда Вову, который приветственно приподнимает руку, чтобы дать пять, как обычно делает. Отвечаю совершенно автоматически, а потом испуганно смотрю на Ксюшу, которая с недоумением разглядывает мальчика.

– Ты уже и с друзьями Сони познакомился? – удивленно спрашивает она.

– Вова, идем быстрее, там же очередь! – неожиданно появляется Соня, за руку утаскивая мальчика за собой.

Этого хватает, чтобы до Ксюши дошло. Услышав имя мальчика, она бледнеет и не моргая провожает его взглядом, явно пытаясь разглядеть сходство, которого нет.

– Это он? – облизав губы, спрашивает она, и я утвердительно киваю. – Ты привел его…

– Нет! Я не знал, что он здесь, Ксюш.

Очень хочу, чтобы она поверила мне. Разве я мог бы подвергнуть ее такому стрессу? Для меня самого шок, что Вова здесь оказался. Я бы ни за что по доброй воле не допустил этой встречи. Видеть страдание в глазах Ксюши невыносимо, и еще хуже знать, что она могла подумать о том, что я свел их специально."

"Она недоверчиво смотрит на меня, а потом снова переводит взгляд на Вову, который стоит в очереди на батут, внимательно разглядывая его.

– Он не похож на больного, – выносит, наконец, вердикт.

– Все не так запущено, они вовремя начали лечение, и оно помогает, – объясняю ей. – Он не заразен для других, поэтому ходит в сад.

Ксюша продолжает наблюдать за ним, и это меня напрягает. О чем она думает?

– Я рада, что все не так плохо, – наконец, выдыхает она, снова глядя на меня. – Ужасно, когда дети болеют.

– Ксюш…

– Не надо, – останавливает она меня. – Не хочу вскрывать старые раны, все равно это в прошлом. Ты не хочешь детей, я хочу. Это то, что всегда будет постоянным. Даже хорошо, что все так получилось. Этот случай дал нам понять, кто мы есть и какие большие проблемы в наших отношениях мы умалчивали и подавляли.