Танцуй со мной в темноте

Из них нельзя вылепить идеал, даже если в голове есть тот самый образ, который по идее должен тебя осчастливить.

Его слова заставляют задуматься и погрузиться в собственные мысли на какое-то время. Он ведь прав. Какой смысл в отношениях, если тебе хочется сломать человека? Это значит, он тебе просто не нужен, ищи другого. Зачем мучить того, кто рядом? Эгоизм сотого уровня.

– А может все куда проще, – продолжает Максим, – и я ей действительно не подхожу.

– Да и пошла она козе в трещину! Ясно?! Макс… – смотрю в глаза друга, пытаясь мысленно передать ему свою поддержку, – это она тебе не подходит.

– Звучит неплохо, – он кривовато улыбается. – И яйца мои на месте.

– Ты ведь не хочешь, чтобы она это проверила?

– Пришел, ревнивец, – Макс смотрит мне за спину.

– И как успехи? – Никита занимает место рядом со мной.

– Пока только пришли к мнению, что если любишь, то нельзя пытаться изменить человека, – произношу я и поворачиваю голову. – А ты что думаешь?

– Что ребята как-то притихли. Надеюсь, Вася там их всех не утопил.

Круто! Исчерпывающий ответ.

– А если серьезно? – настаиваю я.

– А если серьезно, то люди сами слишком усложняют себе жизнь всякими выдумками.

– Выдумками? – хмурю брови.

– Тебя пчела и в ухо укусила?

– Нет. Проехали.

Никита и любовь находятся в параллельных плоскостях, которые никогда не пересекутся. И я зависла между ними, отчаянно пытаясь дотянуться, и до одной, и до второй, чтобы хоть как-то их соединить, но выходит паршиво.

– Знаете, что я вам скажу? – серьезно произносит Макс. – Не важно, как вы это называете, важно то, сможете ли вы это сохранить. Я вот не смог, и посмотрите, в какой кисель превратился.

Максим пошатываясь поднимается со скамейки и заваливается в бок, взмахивая руками:

– Не упал! Кажется, мне пора в люлю.

– Знаешь куда идти? – спрашивает Никита.

– Да, мы уже забили койки, пока вы катались. Аня… – Макс протягивает мне руку через стол, и я легонько сжимаю крупную горячую ладонь. – Спасибо, что выслушала. Стало легче.

Лжет. Вижу это по печальному танцу боли в его глазах и опущенным уголкам рта, но все равно улыбаюсь в ответ на его благодарность.