Танцуй со мной в темноте

Зачем ты влез?

– Мне не понравилось, как он тебя назвал.

– Я слышала и похуже. Мне плевать. Не надо было…

– Надо…

Его взгляд опускается к моим губам, поджигая вокруг нас воздух. Безэмоциональная маска падает. Никита собирается сказать что-то еще, но так и не решается. Вижу во тьме свое отражение, и все исчезает: караоке, музыка, голоса и свет. Ничего больше не имеет значения, только мы. Это сильнее, чем принципы и обиды. Я скучала по нему. Скучаю каждую секунду. Даже сейчас, когда он рядом. Почему с ним не может быть просто? Почему только вынос мозга и гвозди в сердце?

– Добрый вечер, – слышу сквозь плотный занавес эмоций.

Поворачиваюсь к гостю, но он смотрит не на меня, а на Никиту. Причем так, словно прямо сейчас хочет оторвать ему голову. На высоком лбу появляются морщины, в светлых карих глазах плещется ненависть.

– Аня, у тебя перекур, – говорит Никита.

– Но я…

– Иди, – он переводит на меня полный тревоги взгляд. – Пожалуйста, – добавляет куда тише.

Никита сказал «пожалуйста»? Пожалуйста?!

Послушно киваю, но не могу сдвинуться с места.

Атмосфера накаляется. Кто это, черт возьми? Что ему нужно? Ощущаю, как Никита мысленно вышвыривает меня из помещения, и делаю пару шагов в сторону. Его рука касается поясницы, подталкивая вперед. Бросаю на Никиту еще один взгляд. Он всегда напоминал мне добермана, и сейчас это очень-очень злой зверь.

Глава 6

POV Никита

В мужике за баром с трудом узнаю наглого парнишку из своего детства. И все-таки… Это он. Ублюдские глаза отца и яйцеподобная башка.

В плечах стал шире, а на лице появилась сетка морщин. Сколько ему? У нас разница в возрасте лет пять или даже меньше. Значит, около тридцати.

– Привет, братишка. Давно не виделись. Тоже приехал с батей попрощаться? – произносит Глеб, но в его интонации нет и капли радости от встречи.

– Мы с тобой не родственники, – цежу сквозь зубы. – И единственное, зачем бы я пришел к твоему бате, так это чтобы увидеть его последний вздох.

Глеб скалится и нервно барабанит пальцами по барной стойке:

– А ты все такой же дикий зверек, Никитка.

Никакой благодарности к человеку, который тебя вырастил и дал все, что должно было стать моим.

– Хочешь, отдам тебе все игрушки, что он купил мне, и может даже найдется пара старых футболок?

– Я хочу свои бабки! – Глеб в момент становится серьезным, его правая рука сжимается в кулак. – Даже не надейся, что твоя шлюха-мать сможет получить хоть копейку. Она уже сожрала свой кусок пирога.