Танцуй со мной в темноте

Только не в отношении меня.

– Почему ты не хотел меня видеть? – давлю я. – Объясни причину.

– Тебе нужны причины?

– Иначе я бы не спрашивала. Хватит увиливать. Просто скажи. Хуже не будет. Куда уж хуже?!

– Я уеду через пару недель. И все снова станет, как было.

– Крутой ответ! Браво, Никит! В твоем стиле.

– А что ты хочешь услышать? Что я хочу тебя до боли в кишках? Что готов оторвать голову твоему мелкому утырку? Аня, между нами есть… – он сжимает стеклянную бутылку до побелевших костяшек, его губы превращаются в тонкую линию.

– Что между нами? – прищуриваюсь я. – Есть чувства? Не смеши… Ты даже это слово не можешь произнести. Ты ничего не чувствуешь, даже не знаешь, что это. Иначе бы не уехал…

– Может быть.

Терпение рвется, мысли собираются в предложения. Не могу их остановить, только выпустить. Может, станет легче?

– Я ведь не хочу пытать тебя, Никит. Не собираюсь менять или лечить. Просто… – облизываю горькие губы. – Мне не все равно. Ты для меня… Важен. Я так и не успела сказать тебе кое-что…

Сердце замирает, кровь стынет в венах, но мне необходимо закончить.

– Спасибо за то, что помог мне выпутаться из той ловушки. Что показал направление. Теперь я знаю, куда идти. Знаю, что могу. И все это благодаря тебе. Ты невыносимый козел и провокатор, эгоист и совсем не имеешь совести, но ты до безобразия честен в своих принципах и правилах и можешь вдохновлять своей силой. Мотивировать никогда не сдаваться и не прогибаться под систему и общество.

Никита напрягает челюсть, мышцы играют на красивом лице. У него такой вид, будто я отлупила его, а не поблагодарила. Он жадно прикладывается к бутылке. Жду пару секунд и отбираю ее. Мне вообще-то тяжелее, чем ему.

– Ух, – мотаю головой, чувствуя легкое помутнение. – Хороший коньяк. Даже вкусный, но лед бы все-таки не помешал.

– Ань… – обрывает меня Никита, – у тебя последние мозги вымыло? Какими к черту друзьями? Издеваешься?!

– Почему нет?

– Почему? Почему?! – он взбешенно улыбается. – Да потому что я хочу, чтобы сейчас ты сидела у меня на коленях. Чтобы одеяло валялось во-о-он в том углу. Чтобы я слышал, как ты дышишь. Чувствовал, как дрожишь.