Ты нас променял

Рите не два месяца, и все она прекрасно понимает. Да и вообще, желания целовать Полину у меня нет, с чего бы?

— И что? Ребенок должен знать, кого любит ее отец, — вырывает меня из воспоминаний нянька. — Сколько я буду в тени? Я устала видеть, как ты носишься со своей убогой. Златочка то, Златуля это, ненавижу ее, ненавижу! — снова впадает в истерию.

— Закрой свой поганый рот в сторону моей жены и ребенка, у тебя появился шикарный шанс свалить из жизни тех, кого презираешь.

— Я не уйду! Понятно тебе? Подключу Римму Васильевну, попрошу у нее помощи, ведь она точно так же ненавидит твою дуру.

Неожиданно я начинаю смеяться. Громко и искренне.

— Римму? Вперед, она ждет тебя с распростертыми объятиями. Запомни раз и навсегда, у меня не было и нет к тебе любви. Не путай желания хуя, с душевными переживаниями. Кстати, даже в этом плане ты мне надоела. Поверь, Злата куда лучше тебя и твоих шлюхарских замашек.

— Не ври! Хватит выгораживать вечную жертву и немощную женушку, я не позв…

Новая хлесткая пощечина прилетает в лицо няньки.

— Это я не позволю тебе раскрывать свой рот в ее сторону, — чеканю ледяным голосом. — Смотри, я засекаю пятнадцать минут, если по истечении твое тщедушное тельце еще будет тут — готовься к выезду на природу. Мои охранники Рик и Борис — устроят тебе путешествие. Возможно, даже с сексуальным оттенком, так что поторопись, душечка, — подмигиваю Поле.

Выхожу из комнаты и спускаюсь, слова потаскушки не выходят из головы.

Глава 22. Полина

Настоящее

Меня колотит, как в сорокаградусный мороз. Как он посмел? Бить меня, оскорблять. Из-за кого? Из-за тупоголовой Златы? Да не будут они вместе, как бы не корчили из себя влюбленных. Костьми лягу, но выживу ее из жизни Платона. Если рядом с ним не будет меня, то и ее. Расскажу все до мелочей, сделаю так, чтобы возненавидела своего мужа всеми фибрами души.

Слезы застилают глаза, бросаю вещи в чемодан, понимая, что если сейчас не выполню приказ Плата, он действительно устроит мне поездку со своей охраной в лес. Знаю, что разозлила его не на шутку, когда перешла границы и начала оскорблять дочь.

Тут я действительно сглупила, потому что для Платона Рита — святыня. Иногда кажется, что за нее он готов даже убить. Хвала богам, что я не послушала Оксану и не стала выполнять ее советов по поводу Маргариты.