Та, кто приходит незваной

Ты могла прийти и в глаза мне сказать все это? А не так, по телефону: «О, Женечка, дорогой, мы должны расстаться, я поняла!»

– Если я тебя живьем увижу, то я не смогу и слова сказать. Мне так проще – по телефону.

– А мне – тяжелее. Что ты со мной делаешь, что ты со мной делаешь…

– Ты сможешь без меня. И я без тебя тоже смогу, – мрачно возразила Лиля."

"– Ну и иди ты к черту. Провались! Блин, ты чудовище, ты садистка, ты сука, ты… – Евгений не договорил, связь прервалась. Лиля растерянно смотрела на экран своего телефона, пока тот не погас.

Евгений больше не стал перезванивать. Лиля почему-то ждала, что он перезвонит, но этого не случилось. «Я смогу без него, – мысленно сказала она себе. – Вот я сделала шаг. Еще шаг. Я иду. Я иду без него. Еще шаг. Через тысячу шагов мне станет легче. Через десять тысяч мне уже не будет столь мучительно больно. Я буду идти и идти. Пока мне не станет совсем легко… И я тогда перестану думать о Жене. Ведь рано или поздно оно наступит, это время, когда я буду жить, не любя его».

Лиля шла по Бульварному кольцу и сама себя уговаривала что она сможет жить без Евгения, без встреч с ним.

Быстрое движение успокаивало.

Лиля отмахала один бульвар, потом другой.

Она заставляла себя смотреть по сторонам, мысленно комментировать то, что окружало ее в данный момент.

Листья с деревьев совсем облетели. Это значит – уже поздняя осень. Скоро снег пойдет. Потом Новый год. Потом январские праздники. Потом двадцать третье февраля. Восьмое марта… Интересно, к какому из праздников станет легче дышать? К какой дате она перестанет думать о своем возлюбленном?

Бульвары были разными.

Лиля не шла, а почти летела. Ей хотелось устать, сбить ноги в кровь, но нет, не получалось, прохладный осенний воздух бодрил, давал сил.

Очередной бульвар закончился, надо было идти на переход.

Проходя мимо, Лиля машинально скользнула взглядом по афише и невольно вздрогнула. Какое-то наваждение… «Автор пьесы – Евгений Лазарев». Хотя чего тут удивительного, в нескольких театрах идут его пьесы, Женя говорил.

Правда, Лиля не видела ни одной. «А почему не сходить?» – внезапно загорелась она.

Билетов в кассе не оказалось, но какая-то женщина на углу продавала с рук – и Лиля купила.

В театре она сто лет не была, тем более одна.