Мандаринка на Новый Год (СИ)

Егор просто тащился от ее последней работы — пары Деда Мороза и Снегурочки. Добрый Дед Мороз у Любы вышел нетрадиционно суровым, от переливов синего стекла так и веяло холодом — суровое зимнее божество, а не добрый дедушка. Под стать ему была и Снегурочка — не веселая внучка, а, скорее, дочка — вся в отца, только фигура более светлая, искристо-льдистая. Пара оставляла странное впечатление, странное, но завораживающее. Егор сфотографировал и через неделю заявил, что нашел покупателя. На Любино тщательно скрываемое недовольство только фыркнул.

— Учись расставаться с работами. Все, ты вышла из любителей. Будь профессионалом.

— Да какой из меня профессионал?

— Вот как первую работу продашь — так и станешь профессионалом. Ну, я забираю?

— Забирай, — со вздохом. — Но Жар-птицу не отдам!

— Если найду покупателя — отдашь.

— Нет! Егор, — почти просительно, — все что, угодно, но ее не отдам. Она… моя. Для меня.

— Ладно, — соглашается. — Ты работай, девочка, а мы там потом разберемся.

Она гладит тонкий огненный гребень. Сама не может понять, чем ей так дорога эта работа. Она сделана качественно, это факт. Переливы — от темно-багряного через алый к трескучему оранжевому. Поднятые вверх крылья во всполохах застывшего пламени. Жар-птица. Феникс. Символ возрождения. И Люба так же, как феникс — когда-нибудь вернется к нормальной жизни. Сейчас она выживает.

Через какое-то время несогласие выразил уже отец.

— Любава, ну их уже скоро ставить некуда. Этак твое сказочное зверье скоро нас из дому выживет.

— Пап, ну Егор продает понемногу… Мне, наверное, надо просто перестать их делать в таком объеме. А я остановиться не могу, — Люба вздохнула.

— А что все Егор да Егор? Сама не можешь, что ли? Заниматься реализацией? Если это продается?

— Ой, пап, это не так просто. Этим, правда, надо заниматься. Я не хочу. Мне времени жаль. Я лучше… — она виновато потупилась.

— Кто тебя просит этим заниматься самолично? — удивленно спрашивает отец.

— Да? Но я совсем не знаю, как сделать… такое.

— А тебе зачем знать? У нас есть для этого специально обученный человек — муж твоей старшей сестры.

— Витя?

— Витя.

— Нет!

— Почему? — отец удивлен. — Он в этом прекрасно разбирается.

Люба не может толком объяснить, почему. Наверное, потому что Вик — друг Ника.