Мужчины ее мечты (ЛП)

Девушка посильнее зажмурилась, пытаясь сдержать стон наслаждения от нежных ласк Джереми, но затем он сильно ущипнул за соски. Потрясающее ощущение стрелой устремилось Кэлси между ног.

- У тебя самая потрясающая грудь. Многим Доминантам нравится, когда дома их сабы ходят абсолютно голыми. Но твоей груди нужна поддержка.

Так и есть. Быть обнаженной рядом с Джереми - звучит заманчиво, но без бюстгальтера Кэлси никак не сможет обойтись - это причинит проблемы.

- Я знаю, что тебе подойдет. Как только я пришлю это тебе, ты будешь это надевать сразу же, как я прикажу.

Все внутри Кэлси затрепетало от желания и заныло от тщетных надежд.

- Да, сэр.

Джереми вновь принялся ласкать грудь Кэлси, а потом ущипнул за один сосок, затем - за второй. Обжигающая волна разлилась по всему телу девушки. После этого мужчина провел пальцем по животу Кэлси и остановил его на ее пупке. Слегка улыбнувшись, Джереми подвигал пальцем. Кэлси не смогла сдержаться и захихикала.

- Боишься щекотки?

- Ужасно.

Мужчина поднял голову девушки за подбородок, чтобы их взгляды встретились. Кэлси была поражена теплотой и открытостью улыбки Джереми.

- Еще одна причина, чтобы обожать тебя.

После этого мужчина наклонился и поцеловал девушку в кончик носа, а затем прижался своим лбом к ее и на долю секунды закрыл глаза. Кэлси тоже закрыла глаза и ощутила всю трепетность момента.

- Я даже не смел о тебе мечтать. Я люблю тебя, - прошептал мужчина возле губ Кэлси.

Джереми никогда не говорил впустую.

Знать о его чувствах и при этом не заполучить его, для Кэлси было сродни невыносимой пытке. Без сомнения, интимная связь и с другом, и с начальником принесет много проблем, но об этом она уже подумает завтра.

- Я тоже тебя люблю.

На долю секунды умиротворение озарило лицо Дома, но затем оно вновь стало серьезным. В этот момент Кэлси поняла, что Джереми задавался вопросом, если она любит его, то как смогла переспать с одним из своих друзей. Объяснения приведут к очередным обсуждениям, которые так ничего и не дадут, но оставят после себя осадок в виде отчаяния и слез.