Любовь во тьме (ЛП)

Я медленно и высокомерно улыбаюсь им и позволяю тишине затянуться после моего заявления, проясняя свою позицию и наслаждаясь тем, как у моего отца идет пена изо рта от моей очевидной провокации.

Я не знал, кто были эти две женщины, когда мы трахались, но я не сержусь на непреднамеренные последствия. Я надеюсь, что это вызовет потрясения в совете директоров, я надеюсь, что его компания дрогнет и в конце концов рухнет.

Все, что угодно, лишь бы меня не заставили пойти по его стопам в этом корпоративном кошмаре.

Хотя на самом деле я знаю, что это несбыточная мечта. За последние несколько лет я понял, что чем больше я сопротивляюсь, тем сильнее мой отец затягивает поводок на моем горле, чем больше он заставляет меня подчиняться его воле, тем больше ему нравится лишать меня жизни и свободы.

Но я не могу остановиться. Я отказываюсь смиряться с бездушной жизнью, как у моего отца, но он, в свою очередь, отказывается видеть причину. Он упрям и непреклонен в своем плане сделать меня своим преемником на посту генерального директора, хотя должен понимать, каким катастрофическим было бы это решение.

Вся эта ситуация доказывает мою точку зрения, но он проигнорирует это, как делал это в прошлом. Он временно ограничит мой доступ к трасту и, скорее всего, заставит меня извиниться перед советом директоров. Через две недели все это будет забыто, и после этого все вернется к обычной работе.

От жизни, которую он наметил для меня с момента моего рождения, никуда не деться, как бы сильно я ни старался.

Черт возьми, я уверен, что он даже выбрал, кем будут мои любовницы, потому что дворяне женятся на наследницах только для того, чтобы иметь наследников голубой крови, и уж точно не трахают своих жен ради удовольствия.

Я знаю все это, потому что он уже принимал эти решения за меня. Все они разложены в папке под названием ‘Тристан’, которую он хранит в своем офисе, а теперь у него есть цифровая копия на рабочем столе и в облачном хранилище.

Он усвоил урок создания резервных копий своих файлов на собственном горьком опыте, когда я поджег единственную существующую копию в свой восемнадцатый день рождения.

- Я этого не потерплю, - шипит мужчина на моего отца, прежде чем выйти из зала заседаний, таща Венецию за собой.

-Все вон! - орет отец на оставшихся зрителей.