Любовь во тьме (ЛП)

И теперь, когда я знаю, что не я была проблемой в моих отношениях с Рексом, я могу просто найти кого-нибудь другого.

Но именно его слова, так же как и его прикосновение, запомнились мне после нашей ночи в Женеве.

“С тобой все в порядке. Быть счастливым чертовски сложно”.

Он дал мне более вдумчивый ответ, чем я ожидал. Я задавалась вопросом, были ли у него свои собственные демоны, говорил ли он исходя из опыта и чувствовал, что я тот, кто может понять.

- Мы сделали это”, - восклицает Сикс, когда мы останавливаемся перед все еще открытой дверью класса.

-Эта задница не выглядит потерявшей форму.

Она выпрямляется и поворачивается лицом к Феликсу — четверокурснику из футбольной команды, — когда он подходит к классу. Он бледнеет, когда узнает ее, и делает шаг назад.

- О черт. Черт. Я не знал, что это был ты...

Его яростно дергают за воротник и заталкивают через дверной проем в класс.

Его летящее тело выдает Феникса.

Он молча смотрит на нее еще пару секунд, прежде чем войти в класс. В тот момент, когда он поворачивается и уходит, весь кислород вылетает обратно в коридор.

Я вздыхаю. - Отлично, так он в этом классе?

- Я же говорила тебе, что это проклятая неделя”, - отвечает она, покорно пожимая плечами, и тоже проходит через двери.

Я следую за ней, и мы направляемся к ряду, который находится на полпути к лестнице лекционного зала. Сикс спускается по ряду первой, я следую за ней, когда она останавливается перед двумя сиденьями.

Моя сумка цепляется за спинку стула, и ее срывают с моего плеча, рассыпая ее содержимое повсюду. Раздражение, которое я испытываю, похоже на то, когда у меня лопается резинка для волос, когда я пытаюсь собрать волосы в конский хвост.

- Новый профессор подходит к концу”, - говорит Сикс, глядя на время в своем телефоне, пока я опускаюсь на колени рядом с ней и начинаю собирать свои вещи.

- Он, наверное, какой-нибудь пыльный семидесятилетний старик, которого вытащили из комфортной пенсии и поселили в лачуге на другом конце кампуса, дай ему передохнуть”.

Предыдущий профессор IB получил “единственную в жизни возможность порыбачить” в Белизе и внезапно ушел на пенсию в конце прошлого года.