Любовь во тьме (ЛП)

- Это было потрясающе! - Сикстайн вскрикивает, когда видит меня.

Они с Тайер бредут по течению. Они дрожат от холода, у них стучат зубы.

- Это было так в-весело, но давай убираться отсюда, пока я не з-замерзла до смерти, - говорит Тайер, направляясь к понтону.

Холод есть, но он вторичен по сравнению с ощущением легкости в груди.

Мы плывем к трапу и вылезаем, бросая друг другу полотенца и набрасывая куртки на плечи, пытаясь согреться.

- Последний, кто придет в машину, должен завтра помыть посуду, - кричу я, проносясь мимо них с одеждой, прижатой к груди.

- Мошенница- Я слышу, как Сикс кричит у меня за спиной.

Мы смеемся, бежим и радостно кричим. Я так запыхалась, что мне кажется, мои легкие вот-вот взорвутся. Мое тело болит, когда я добираюсь до машины и запрыгиваю на заднее сиденье, но я чувствую это. Это чувство радости.

Оно нерешительно вспыхивает и гаснет в моей груди, не уверенное, что это приятно. Я хочу взять его в руки и крепко прижать к себе. Нежно держаться за это, зная, что, возможно, какое-то время я больше этого не испытаю.

Сикс визжит от смеха, запрыгивая на пассажирское сиденье, каким-то образом опережая Тайер до машины.

- Она поскользнулась на грязном пятне, - говорит она, и слезы текут по ее лицу от сильного смеха.

Дверь со стороны водителя открывается, и Тайер с ворчливым проклятием садится внутрь. Она любит соревноваться и ненавидит проигрывать, даже в чем-то таком тривиальном, как это.

-Нам нужно переиграть, - сердито бормочет она.

- Нам нужно тепло как можно скорее, вот что нам нужно.

Она делает, как велено, и я издаю стон, когда понимаю, где она сидит.

- Послушай, мы отменим мытье посуды, если ты позволишь одному из нас отвезти тебя домой.

Она отстраняет меня, не оборачиваясь, и теперь моя очередь смеяться.

- Я не знаю, откуда у меня такая откровенно клеветническая репутация, но я хочу, чтобы вы обе знали, что я отличный водитель. - Мы с Сикстайн снова разражаемся смехом.

-Замечено, - говорю я, все еще смеясь.

Мы меняемся местами, и я сажусь за руль. Долгие минуты мы сидим молча, проверяя наши телефоны и потирая руки над обогревателями, чтобы согреться.

Мне не следовало писать ему, но я обнаружила, что должна сказать ему.